Книга Да здравствует принц!, страница 22 – Фрэнсис Кель

— Откуда финансы? – спросил он. – Если не секрет.

Усмехнувшись, Скэриэл пожал плечами, мол, конечно, это не секрет. Я не понимал, верит он прокурору на самом деле или играет очередную роль. С каждым днём понимать его становилось всё сложнее, если я вообще прежде мог это делать.

— Я знаю про оффшорные счета мистера Эна. – Скэриэл загнул первый палец и сразу второй, и третий: – Знаю, где он хранит наличку, а где слитки золота.

— Откуда? Ты следил за ним?

— Что-то видел своими глазами, когда мистер Эн проворачивал дела. Жак отвечал за пару оффшорных счетов, а он был не очень осторожным и слишком много болтал, особенно когда считал себя главным, если мистера Эна не было рядом. У Жака даже пароль на ноутбуке лёгкий, хотя, конечно, он был уверен в обратном, так что укради ноутбук – и получишь доступ ко всем данным. Возможно, Жак считал, что раз работает на большого босса, то находится в полной безопасности. Но, как говорится: «В Запретных землях веры нет…

— …а в Ромусе нет чести», – закончил Бойл старую пословицу.

Я вспомнил, к чему привели глупые амбиции Жака, бесславно подохшего в тот день в подвале на заводах. Больше он точно ничего не разболтает.

— Один из сейфов мистер Эн показывал мне лично. – Скэриэл загнул четвёртый палец.

— Зачем, – удивился Бойл, – он подпустил тебя так близко?

Скэриэл закинул ногу на подлокотник кресла, откинулся на спинку и сделал большой глоток пива.

— Он напился и начал заливать про сына, которого потерял пять лет назад. И то, что я немного на него похож. – Скэриэл махнул рукой. – Показал фото, ни единого сходства. Не знаю, что он там нашёл общего. Только если мы оба полукровки.

Бойл хмыкнул и с легким укором проговорил:

— Он к тебе со всей душой, а ты…

— Его душа переменчива. Сегодня я похож на его любимого мёртвого сына, а завтра он топит меня в ведре с ледяной водой.

Повисло напряжённое молчание, которое первым прервал Бойл:

— Ты часто у него воровал?

Скэриэл закатил глаза.

— Давайте не будем называть это воровством.

— А что это по-твоему? – усмехнулся Бойл. – Тайное хищение чужого имущества называется воровством.

— Это не хищение чужого имущества. Частично оно моё, ведь я помог ему заработать, будучи переносчиком.

— Это так не работает, – рассмеялся Бойл. – И долго он не замечал? Как ты попался?

— В моей картине мира всё работает именно так. Ты навариваешься на мне, – уверенно заявил Скэриэл, указывая на себя, – значит и куш пополам. Проще всего у него было брать наличку. Её очень много и не всегда заметно, сколько пачек денег пропало в сейфе, когда сам сейф почти с комнату. Главное – брать пачки из дальних мест, которые не так бросаются в глаза. Он хранил деньги в своём доме, там везде камеры.

— Как ты эти камеры обходил?

— Я подкладывал запись с камер, луп-видео, повтор записи. Самый простой трюк. Накладывал картинку, пока воровал деньги. Охрана ничего не просекла, там надо смотреть очень внимательно, чтобы понять, что пялишься в луп, а не в оригинальную запись. Но со временем мистер Эн начал что-то подозревать и думал на Жака, потом до него дошло, что Жак не настолько умён и, может, его грабит отчаянный чистокровный, который, скорее всего, недавно разорился. Догадок было много.

— «Чистокровный без денег хуже низшего», – произнёс прокурор.