Книга Женщина в библиотеке, страница 52 – Сулари Джентилл

— Полагаю, ты хочешь поговорить о том, что случилось.

* * *

Дорогая Ханна.

Интересная вещь. Вообще говоря, американцы используют в речи слово «багажник», а не «чемодан», но жители Северной Каролины тоже говорят «чемодан», и, раз уж это слово фигурирует не в диалоге, а в повествовании, можешь его оставить.

С какой стати у Каина нет страховки? Он с ума сошел? Я знаю, что многие самозанятые не застрахованы, но для писателей существуют всякие ассоциации, которые выдают членам страховку. Возможно, конечно, что у него просто вышел срок, или у него есть какая-то болезнь, из-за которой ему не дают страхования, или у него просто нет денег. Ты пытаешься намекнуть читателю, что у Каина нет денег? Может быть. Все-таки он писатель… у большинства из нас нет денег.

Мне нравится доктор Вайнбаум, и логично, что на площади Кэррингтон проживает хотя бы один врач на пенсии. Сейчас Бостону нужны все врачи, которых он может достать, — на пенсии или нет. У нас не все так плохо, как в Нью-Йорке, но и мы в Лиге пандемии не на последних строчках, и в воздухе витает запах нашей погибели. Школы, конечно же, закрыли, а на площади Копли слышно эхо. В то же время есть нечто прекрасное в покинутых улицах и общественных местах.

Как стройно я пишу. Должно быть, моя муза — это страх.

Твой Лео

— Как ты себя чувствуешь? — спрашиваю я. Стежки доктора Вайнбаум аккуратные, ровный ряд на покрытом синяками холсте. Глаз у Каина начинает наливаться кровью, верхняя часть рубашки — в месте, на которое он, должно быть, упал — порвана.

— Мне немного стыдно, честно говоря.

— Потому что ты дал Бу выиграть два раза подряд?

Он улыбается.

— Чем он тебя ударил, Каин?

— Бутылкой, кажется.

— Ты понимаешь, что он мог тебя убить?

— Если бы и убил, то не специально, Фредди. Бу накидывается на людей, когда злится или боится.

— Что, он думает, ты сделал? — спрашиваю я, вспоминая требовательные вопросы мужчины. «Она знает?»

— Ничего… Все. — Каин морщится. — Я пойду.

— У тебя домашние животные есть?

— Домашние животные?

— Ну, собака, кошка, игуана…

— Нет.

— Тогда никто не умрет с голоду, если ты сегодня не придешь домой. Ложись на мою кровать. Я посплю на диване.

— Это совсем не обязательно.

— Обязательно, ради моего спокойствия. — Я стараюсь не давить, но говорю твердо. — Мне кажется, тебе пока нельзя садиться за руль.

— Не хочу выгонять тебя из собственной кровати.

— Я нормально посплю на диване.

— Может, я лягу на диване?

— Ты выше меня. На диване будет неудобно.

Кажется, я его уговорила. Очевидно, что последствия удара гораздо хуже, чем Каин хочет показать, и он сдается. Я направляю его в спальню и завариваю чай, как было велено. Скорее всего, это не врачебная рекомендация, но лучше перестраховаться. Если бы не превращение соседки в доктора Вайнбаум, я бы отвезла Каина в больницу.

Приношу Каину чашку с чаем. Он уже под одеялом, джинсы и окровавленная рубашка сложены в ногах. Я забираю ноутбук с тумбочки.

Каин снова извиняется за то, что занял кровать, и за Бу.

— Наверное, стоит сообщить о произошедшем в полицию. — Я сажусь на кровать. — Бу вспыльчивый, нестабильный. Он может навредить кому-нибудь… еще.

Каин некоторое время молчит.

— Попробую завтра его найти. Возможно, уговорю его прийти с повинной. Может, есть какая-то программа, куда он…