Книга Женщина в библиотеке, страница 62 – Сулари Джентилл

— Ох, мне жаль это слышать. Я могу чем-то помочь?

От проявленного Лео беспокойства мне становится стыдно, что я преувеличиваю свою тоску.

— Ты уже помогаешь. Всегда приятно выпить кофе с соседом.

Он бросает взгляд на газету на скамье.

— Читала про беднягу, которого нашли у реки? Я там бегаю каждое утро. Думал, что же такое произошло.

— Ты его видел?

— Нет, мэм. Если бы заметил тело, то не задавался бы вопросами. Я видел полицию, ленты, репортеров — сообразил, что они не кошку с дерева снимать приехали, но подробности узнал только из газеты.

— А в другие дни ты его не встречал? — Я подталкиваю к нему газету.

Лео внимательно рассматривает фотографию:

— Наверное, зимой у реки мало где можно переночевать — обычно я встречаю других бегунов или собачников. Его лицо мне не знакомо. — Он пристально смотрит на меня: — Ты его знаешь?

— Нет, — отвечаю я, возможно чересчур поспешно.

— Конечно нет. Прости, глупый вопрос.

Смеюсь:

— Я, считай, первая спросила.

— Я на выходных собираюсь в Рокпорт. Не хочешь со мной?

— Рокпорт?

— Ехать где-то час, — говорит он извиняющимся тоном.

— Для австралийцев это не проблема, — заверяю я его. — У нас куда ни поедешь — везде как минимум час дороги. Тебе зачем туда?

— Для книги. Я пишу сцену у знаменитой рыбацкой хижины — хочу посмотреть на нее своими глазами, чтобы поймать все детали. Аутентичность и все такое. — Лео выбирает себе конфету. — Организовал вот машину. Думал, приглашу других стипендиатов, может, захочет кто съездить на экскурсию… так бы я мог добавить в свой отчет «коллегиальное сотрудничество».

Я смеюсь. Лео такой стратег.

— Я думала, нас тут только двое.

— Нет, есть один из Европы и один из Африки.

Мне стыдно, что я не знала об их существовании, что живу здесь два месяца и не познакомилась с коллегами.

— Я не против присоединиться. Как можно пропустить зимнее путешествие к рыбацкой хижине?

Лео кивает:

— Тогда договорились.

— Лео, где именно ты увидел место преступления?

— Что? А, ты про это. — Он берет газету. — Зачем тебе?

— Потому что я постоянно хожу вдоль реки, и мне не хочется бездумно бродить там, где умер человек.

Лео открывает карту на телефоне и указывает на берег в Кембридже:

— Полагаю, его закроют на какое-то время, так что следующие пару дней ты точно узнаешь это место, если вдруг там окажешься. — Он щурится в задумчивости. — Я могу показать.

— Сейчас?

— Ну да. Если хочешь размять ноги. Отсюда пара миль.

По непонятной причине я соглашаюсь. Возможно, мне хочется сориентироваться в происходящем, вернуть себя в реальность, принять события последних дней. Кэролайн, потом Уит, теперь это. Возможно, они никак не связаны — случайные происшествия, независимые друг от друга и от меня. Мне хочется, чтобы они оказались случайностями, последствиями жизни в опасном городе, потому что альтернатива смертельно пугает.

Я выхожу с Лео. Он жил в Бостоне столько же, сколько и я, но хорошо изучил город благодаря своим пробежкам. Мы пересекаем реку по Гарвардскому мосту и идем по парку Мэгазин-Бич. Даже сейчас, когда время идет к полудню, мы встречаем бегунов и спортсменов, занимающихся на тренажерах. Несмотря на то что лучшие дни осени уже прошли, в парке все равно красиво. Голые деревья стоят в тишине, ярко контрастируя с активностью посетителей. Рядом с лодочным сараем стоят полицейские, провожают любопытных подальше от участка пляжа, окруженного полицейской лентой. Моего товарища подзывает к себе девушка с камерой. Лео убегает поговорить с ней, а я останавливаюсь и осматриваю местность. Они болтают пару минут, затем Лео возвращается, а девушка принимается делать снимки.