Книга 1994. Русский роман ужасов, страница 93 – Алекс Лоренц

— Как бы эпидемия не началась…

— Да уж. И так говна хватало, а теперь еще и это.

— Родителям бы как-нибудь сказать, так не поверят же. Только посмеются. Вон, Маринка – и та до сих пор сидит с таким видом, как будто мы тут все спятившие.

— Да я-то что? Я уже поверила. Просто как-то в голове не укладывается. Слушайте, вы тут говорили, алкаш свалился вот в эту яму. А он что, так и не выбрался?

— Нет.

— То есть… он там… УМЕР?!

— Надо полагать, что за это время да.

— Еп вашу муть! Мы тут так спокойно сидим, рассуждаем, а под нами, оказывается, трупак валяется, про который вы даже ментам не сообщили!

— Да кому он на хрен сдался. Сдох – и черт с ним.

— Больше меня сюда не зовите!

— Да забей ты. Все нормально. Вон, даже запаха не чувствуется.

— Спасибо, успокоил!

— Пойдемте-ка, ребята, по домам. А то темнеет уже.

Пока тепло держалось, уроки физкультуры проходили на пыльном школьном стадионе. Он был огорожен гнутыми столбами без сетки. Поле опоясывал серый овал беговой дорожки. По обоим концам стояли тощие белые футбольные ворота, сваренные из труб. Без сетки. Попадая в них, мяч пролетал сквозь раму и выкатывался на дорогу.

Физра шла как обычно. В шестом «Б» этот замечательный предмет вел Павел Дмитриевич, он же Павлин. Кто и почему дал ему такое погонялово, доподлинно неизвестно. Какой-то дурак ляпнул, другие подхватили – вот и прижилось.

Здоровый коняра лет двадцати пяти. В конце лета начал крутить шашни с девятиклассницей Ритой Рыбниковой. С наступлением учебного года парочка стала встречаться после уроков. Родителям Рита объясняла долгое отсутствие дома дополнительными занятиями: ведь в конце девятого класса экзамены по всем предметам, нужна серьезная подготовка.

Павел Дмитриевич жил с мамой, которая занималась пошивом одежды на дому. Она считала сынишку образцом высокоморального поведения, в отличие от большинства его сверстников, которые спивались или просто не работали. Паша, хоть и зарабатывал немного, зато честно трудился, не ругался матом, не пьянствовал, уважал старших и слушался маму. Ей даже в страшном сне привидеться не могло, что ее безупречный красавчик Пашенька при первой возможности трахнет школьницу.

Зато окружающие начали подозревать, что за милым общением и «дополнительными занятиями» кроется нечто большее. Мальчик Паша сиял своей смазливой рожицей на всю школу, а девочка Рита была сама не своя: она до сих пор не могла в полной мере осознать, что произошло и к чему это способно привести.

В коридорах учителя бросали на потерявшего голову физрука упрекающие взгляды. С Ритой на щекотливую тему однажды попыталась заговорить классная руководительница, но девочка восприняла попытку в штыки: к ней было не подобраться. К тому же никто ни в чем не был полностью уверен: за руку-то не ловили и свечку не держали.

Паша влюбился по уши, и ему стало не до уроков. Он выдавал детишкам мячики – и пускай себе гоняют по полю. Чем не физкультура. Сам физрук слонялся по стадиону и думал о своем. Не то что раньше. Еще в мае месяце он на «отлично» готовился к урокам – к каждому в два раза дольше, чем идет сам урок. Писал конспекты в аккуратную пухленькую тетрадочку. Теперь все поменялось: тетрадочка лежала в шкафу, а слой пыли на ней с каждым днем становился немного толще.