Книга Стань светом в темном море. Том 3, страница 18 – Softcoral

— Понял. Что еще мне нужно знать?

Судя по всему, объяснение временны́х аномалий Син Хэряна не очень интересовало, ему было куда важнее понять, что делать дальше.

Я сразу перешел к самому важному – тому, что меня больше всего тревожило:

— Нужно как можно скорее вытащить Ким Гаён, иначе она утонет. Сейчас Гаён заперта в своей комнате – дверь заклинило. Скоро она оставит сообщение на общем форуме с просьбой о помощи.

Син Хэрян выслушал спокойно, как будто речь шла не о жизни и смерти, и спокойно уточнил:

— Что-нибудь еще?

— Эм… да. Но в первую очередь – Гаён. И еще: инженеры из команды «На» уже идут в сторону Центрального квартала. Вооружены, могут открыть огонь.

Син Хэрян быстро оглядел меня с ног до головы:

— Ясно. У вас есть травмы, кроме как на левой руке?

— А? Нет, больше никаких.

— Понял.

И на этом все. Больше ни слова.

Так и подмывало спросить: «А что именно ты там понял?» Будь он моим стажером, дал бы задание: изложить выводы письменно, с аргументами и сроками.

В следующую секунду София указала на один из экранов:

— Смотрите! Капсулы не поднимаются!

И действительно, стоило капсулам вырваться из батипелагической зоны в мезопелагическую, лежащую между тысячью и двумястами метров, как они начали замедляться. Первая капсула, отправившаяся наверх, будто наткнулась на невидимую стену – скорость падала прямо у нас на глазах. Я уже побывал в такой капсуле, поэтому отлично знал, насколько это страшно. Внутри есть дисплей, на котором видно, на какую высоту ты поднялся, а ускорение чувствуешь даже сквозь эту густую зеленую жидкость. Наверное, если капсула вдруг начнет падать, это тоже чувствуешь всем телом.

Я нахмурился, глядя на графики, и только когда Туманако тронула меня за плечо, понял, что кто-то говорит со мной. Это был Владимир.

— Доктор, а в других кварталах капсулы тоже выведены из строя?

— А? В Чучжакдоне – да. В Чхоннёндоне, кажется, капсулы рабочие, а вот насчет Хёнмудона не уверен.

Владимир криво усмехнулся.

— Значит, они вывели из строя Пэкходон и Чучжакдон, а сами с оружием поджидают в Хёнмудоне и Чхоннёндоне, – сказал он, продолжая поглаживать Никиту по спине, и посмотрел на Син Хэряна: – Ну и куда вы теперь пойдете?

Тот тяжело вздохнул и вместо ответа задал встречный вопрос:

— А вы куда?

— В Хёнмудон. Если повезет, то встретим там японцев. Митя, конечно, был не подарок, но это не повод его убивать. А Ирину – тем более.

Русская речь доходила до моих ушей уже на корейском, но в переводе это «если повезет» не несло в себе никакого позитива.

Син Хэрян посмотрел на лежащие на скамье тела:

— Вы их оставите?

Никита, которая за последние несколько минут даже не шевельнулась, вдруг повернула голову в нашу сторону. Она напоминала сломанного робота – движения были настолько неестественными, что меня пробрало до мурашек.

Владимир перехватил ее взгляд и спокойно ответил:

— Конечно, правильнее было бы забрать тела и вернуть родным. Но сейчас нам бы живых вытащить.

Син Хэрян мельком взглянул на меня, потом повернулся к нему:

— В Исследовательском комплексе осталась одна кореянка. Надо ее вытащить. Часть команды укроется в Центральном квартале. Как только все соберутся, будем эвакуироваться.

— Тащиться в Исследовательский комплекс ради одного несчастного ученого? – недовольно пробурчал Владимир. – Она ведь даже не из вашей команды. Если это не какой-нибудь гений с выдающимися способностями, то проще забить. Лучше давайте с нами в Хёнмудон, – предложил он. – Таких ученых в мире полно.