Книга Стань светом в темном море. Том 3, страница 23 – Softcoral

— Да блин, ну сколько можно это припоминать?!

— Пока ты на станции, буду припоминать при каждом удобном случае.

— Наверняка Эён кого-нибудь так уже прикончила! Она ведь реально психованная… Нормальный человек такие штуки в шкатулки не прячет, – пробормотал Санхён, косясь на идущую чуть поодаль Пэк Эён.

— Думаешь?.. А мне кажется, это по-своему круто. Надо еще додуматься до такого способа вызвать инфаркт!

Санхён шумно вздохнул, явно обиженный тем, что так и не дождался сочувствия.

— Хён, ты вообще слушаешь?! Ты должен быть на моей стороне! Я тогда в реанимацию загремел, месяц рукой шевелить не мог, забыл?

— Тебе не суждено было умереть в тот день, Санхён. Сначала тебя спас мой филигранный удар, потом медик дотащил тебя до госпиталя меньше чем за десять минут. Да ты в рубашке родился! Вот когда я мину уронил… ха. Никаких тебе медиков. Потерял сознание, очнулся, а ноги уже нет. А ты вон, проснулся целехонький, даже пальцы на месте остались.

— А-а-а! С тобой невозможно разговаривать, хён! – взвыл Санхён и, крепко сжимая в руке планшет, умчался вперед.

Ким Чжэхи несколько секунд смотрел ему вслед, потом хихикнул и сказал:

— У него мозги за возрастом не поспевают. Лет через шестьдесят, может, подтянутся.

К тому времени Санхёну будет уже глубоко за восемьдесят. Я машинально сжал и разжал левую руку – вроде работает.

Ким Чжэхи, наблюдая за моими движениями, заметил:

— Главное – вовремя попасть в больницу. Не переживайте. Сейчас почти все можно вылечить, если есть деньги.

Немного успокоившись, и я решил поделиться с Чжэхи тем, что тревожило меня сильнее всего.

— Больше всего я сейчас волнуюсь за Ким Гаён, которая застряла в жилом блоке Чучжакдона.

На повороте к Центральному кварталу снова лежал Кевин Уилсон, который в очередной раз разбил голову о тот же самый поручень. Сколько можно умирать одним и тем же способом? Ну хоть бы разок увернулся. Я понял: видеть одно и то же мертвое тело на одном и том же месте снова и снова – это серьезный вызов для психики.

Вытянув руки к потолку, Ким Чжэхи беззаботно протянул:

— Раз шеф лично собирается идти в Чучжакдон, значит, волноваться не о чем.

— Я боюсь, что он не успеет. Что, если к тому моменту комнату уже полностью зальет?

Я проспал, вышел из комнаты слишком поздно. Может, стоило сделать что-то иначе? Вдруг был другой путь, просто я его не нашел?

Ким Чжэхи зевнул во весь рот и ответил:

— Ну тогда она умрет.

У меня перехватило дыхание. Я ведь уже не в первый раз сталкиваюсь с ситуацией, где кто-то погибает или вот-вот погибнет, и все равно не могу привыкнуть.

— Это ведь не вы ее убиваете. Зачем все усложнять?

— Потому что я не могу относиться к ее жизни проще.

— Ну раз шеф возьмет Гаён на себя, то нам остается переживать только о собственном спасении.

— Но, если я пойду с ним, может, ему будет проще.

— Что суждено, то и случится. Сильно голову не ломайте.

Ким Чжэхи поражал своим спокойствием. Станцию затапливает, люди готовы поубивать друг друга, эвакуационные капсулы выведены из строя, а он будто и не переживает. Я не понимал, откуда берется такая невозмутимость. И даже немного завидовал.

Я уже несколько раз умирал, а потом возвращался к жизни, но спокойствия не было и в помине. Все время на взводе, бегу наперегонки со временем и виню себя за бессилие. Вот и сейчас. Пока Ким Гаён не спасут, пока я лично не увижу ее живой и невредимой, тревога будет душить меня изнутри, как змея, свернувшаяся под ребрами.