Книга Позывной "Ноль", страница 56 – Кристи Хант

Когда у меня подкосились колени от усталости, Кай дернув меня за рукав, показал на упавшее дерево. Пора делать привал.

Мы действуем молча, экономя силы. Кай, спотыкаясь и проваливаясь по пояс в сугроб, тащит обледеневший брезент. Пальцы не слушаются, когда он пытается натянуть ткань между поваленным стволом и торчащими из земли корнями, намертво привязывая края бечевкой. Это грубое полотно — наша единственная защита, стена между нами и взбесившемся миром.

Я в это время, шатаясь от усталости, опускаюсь на колени и разгребая наст, выискиваю хоть какие-то ветки. Пальцы обжигает холодом, под ногтями ледяная каша. Ветки сырые, покрытые настом, развести в такой ураган огонь кажется чудом, в которое я почти не верю. Мы едва забились под низкий брезентовый навес, как мир в очередной раз сошел с ума.

Почва под нами резко ухнула и заходила ходуном. Это не просто толчок, от этой вибрации вокруг заскрипели деревья так, словно готовились обрушиться прямо на нас. Из недр планеты начал доноситься рокочущий гул очередного извержения. И тут метель изменилась.

С черного неба с новой силой повалил пепел. Тяжелые, серые хлопья смешиваются с сухим снегом, превращая буран в грязную стену. Воздух горький, скрипит на зубах и забивает легкие удушливой серой. Пространство вокруг нас сузилось до брезентового пяточка, а за его пределами ревет ледяной ад, хороня под слоем снега и пепла последние следы цивилизации.

Кай развернулся ко мне, направляя луч фонаря на землю. Сквозь налипший на его ресницы иней, я вижу, как лихорадочно блестят его зрачки.

— Кристина… — он перехватывает мой ошалелый от холода взгляд, и его голос звучит тише, чем завывание бури наверху. — Я знаю, что мы знакомы совсем недавно, и вокруг творится чертов конец света. Но за эти недели в Бункере… Я понял, я постоянно думаю о тебе. Ты мне нравишься. По-настоящему. Наверно, глупо говорить о любви, когда планета дохнет, но я хочу защитить тебя. От Генерала, от этих вылазок, от всего.

Его слова теплые и искренние, в любой другой жизни они растопили бы мне сердце. Кай очень приятный молодой человек, заботливый друг, верный помощник. В нем я вижу все, что когда-то мечтала видеть в своем муже: доброту, понимание, верность. Сейчас его слова ударили меня под дых, пробудили болезненную тоску. Я смотрю на его протянутую руку и качаю головой.

— Прости, Кай, — выдохнула я, и мое дыхание растворяется в темноте. — Дело не в тебе. И не в этом апокалипсисе. Я замужем.

Кай хмурится, едва услышав меня сквозь свист ветра:

— Но ты же пришла одна? Тебя никто не искал в этой глуши! Твой муж бросил тебя? Он мертв? Как он смог отпустить тебя одну?

— Мой муж — Морган. Я не говорила тебе и генералу про него. Помнишь, Генерал спрашивал, какое ко мне имеет отношение Максимилиан Морган, я сказала, что его не знаю, я не врала. Я убежала от Ханта Моргана, но теперь мне кажется, что это один и тот же человек.

— Генерал говорил, что Максимилиан Морган — это безжалостный убийца, киллер на побегушках у правительства, ликвидатор, занимающийся зачистками неугодный личностей.

— Я не знаю, я ничего не знаю и о Ханте! Он помогал мне ехать во время Жары, спасал меня, а потом сбежала. Я услышала, как он общался по рации его слова про «объект», который он везет и скоро доставит, и передаст. Я испугалась и уехала на его машине, в замке он забыл ключи зажигания.