Книга Любовь и смерть, страница 46 – Элис Вайлд

Я морщусь, смиряясь с плачевным положением, в котором оказалась. Дверь заперта, Флоренс все еще не вернулась с ключами, а это может быть мой единственный шанс снова увидеть отца.

— Да, – тихо отвечаю я, – но не могу открыть дверь.

— Почему?

— У меня нет ключей.

— Где суккуб?

— Не знаю, – признаюсь я.

Цербер вновь рычит раскатистым басом, в этом мощном звуке слышны изнеможение и отчаяние побежденного.

— Отойди.

— Что ты собираешься…

— Отойди, Хейзел, – приказывает он резко и грубо.

Я, спотыкаясь, отступаю назад, и дверь тут же сотрясается от мощного удара. Она дрожит, но выдерживает.

Второй удар раскалывает крепкое черное дерево ровно по центру с таким гулким треском, что я вздрагиваю, словно от боли.

Цербер недовольно рычит басом и тяжело дышит, резко и нервно. Я открываю рот, чтобы сказать хоть что-то, но наружу вырывается лишь крик. Цербер в третий раз бросается на дверь.

На этот раз она раскалывается на части, как хрупкая кость. Трещат деревянные щепки, с грохотом разлетаются по комнате осколки металла.

Переведя взгляд от разрухи, которая воцарилась в комнате, к дверному проему, я прислоняюсь к ближайшей стене, зажимая рот рукой и с трудом сдерживая крик, когда адский пес появляется в поле зрения.

Цербер тяжело прислоняется к сломанной раме, заполняя собой пустой пространство. Его грудь вздымается, пока он массирует плечо.

— Полагаю, придется подыскать тебе новую спальню, – улыбается он, но я вижу, как он устал.

Он тяжело дышит, темные спутанные волосы спадают на изможденное лицо. Его одежда намокла от пота, испачкана грязью и кровью.

— Что случилось? – спрашиваю я до того, как успеваю прикусить язык.

Адский пес мельком оглядывает себя и удивленно поднимает брови. Кажется, он только сейчас понимает, в каком состоянии находится.

— А, ты об этом? Пустяки, мне просто надо немного отдохнуть… Идем, нам нельзя терять времени! – говорит он, маня меня пальцем.

Я прохожу мимо него и послушно спускаюсь по лестнице, пока он не передумал. Цербер разворачивается и следует за мной. Он хватает меня за предплечье, не давая увеличить расстояние между нами.

— Я не собираюсь сбегать, – говорю я, вздрогнув от его прикосновения.

— Что-то не верится. В любом случае я не могу тебе позволить ходить по залам без каких-либо ограничений.

Я молчу, не зная, что ответить. Мы спускаемся по лестнице, Цербер быстро ведет меня за собой.

Вскоре я замечаю, что не спотыкаюсь, пытаясь за ним поспеть, как это бывает обычно.

Нахмурившись, я внимательно смотрю на адского пса.

Сейчас он совсем не похож на себя. В уголках глаз притаилась усталость, движения стали резкими. Но больше всего меня беспокоит его походка. Он едва заметно хромает на одну ногу, стараясь скрыть это.

Что такое могло с ним случиться? А может быть, он ведет меня в ту же ловушку?

В такую, из которой даже страж не выйдет невредимым.

Мне стоило быть внимательнее. Надо было сразу потребовать объяснений. Теперь я даже не знаю, стоит ли узнавать всю правду.

Винтовая лестница бесконечно спускается вниз, а длинные тонкие тени от мерцающих факелов дрожат на каменных стенах.

— Расскажи мне, что произошло? – набравшись смелости, спрашиваю я, когда зловещее молчание становится невыносимым.

— Не сейчас.

— Но…

Наконец, мы доходим до последней ступеньки. Цербер вдруг останавливается и оборачивается ко мне, а я едва не врезаюсь в него.