Книга Любовь под наркозом, страница 98 – Екатерина Ромеро

— О боже, боже!

Закусываю губу, чтобы не кричать позорно в голос, но получается плохо. С каждым его толчком все мое тело пробирает жаркое и горячее удовольствие, заставляя бесцеремонно раскрыть шире ноги и полностью отдаваться во власть Загорскому.

— Не сдерживайся. Кричи, если хочешь.

Он покусывает меня за шею, очень крепко перехватывает руками за талию и теперь начинает двигаться поистине безжалостно, заставляя меня всю трепетать в его сильных руках, но “лечение” на этом не заканчивается.

— Иди сюда, моя ненасытная пациентка. Встань на колени. Держись за изголовье. Вот так. Крепко держись.

Тяжело дышу, смотря на опасно сверкающий взгляд врача.

— Что… что вы будете делать, доктор?

— Терапию.

Я даже не успеваю возразить или спросить, что это вообще значит, когда Кирилл, как куколку, ставит меня на колени и широко разводит бедра. Он пристраивается сзади, входит быстро и теперь начинает меня просто таранить, выбивая все мои дурные мысли из головы, заставляя сейчас думать только о нем и об этом сладком удовольствии, в котором я купаюсь.

Почему-то именно в этой позе я чувствую его максимально остро и запретно, отчего тугой узел в моем животе натягивается уже до предела.

Пугаюсь, когда чувствую, как немеют мои пальцы на руках, а перед глазами мелькают мушки.

В этот момент мое тело ему принадлежит. Полностью и дико.

— Ай, о нет, хватит! Боже, боже! – я кричу от удовольствия уже в голос, но мужчина даже не собирается останавливаться. Волна жара проносится от низа живота прямо в мозг, когда доктор одаривает мою задницу смачным шлепком. Чуть болезненным, но невероятно возбуждающим.

Еще пара сильных толчков, и я просто рычу. Как последняя самка, издаю горловое рычание и содрогаюсь в очень сильных спазмах.

Все мое тело как будто искрой пронзает. Это напряжение достигает пика, длится несколько сладких секунд, и я не хочу, чтоб оно заканчивалось, но постепенно оно переходит от живота в голову, растекается по венам, и я чувствую, что мне классно. Очень приятно и спокойно.

Кирилл Александрович делает еще несколько очень сильных фрикций и тоже громко рычит, заваливаясь прямо на меня, но быстро перекатываясь на спину.

Мы лежим на диване рядом и оба тяжело дышим. У меня вообще ощущение такое, словно поезд по мне проехался, но я счастлива сейчас. Очень сильно.

— Ты как, Ромашкина. Жива?

Делаю еще пару вдохов, чтобы перевести дыхание.

— Ага. Пальцы только онемели почему-то.

— Это оргазм. Ты очень чуткая.

Поднимаюсь и смотрю прямо на мужчину, осторожно перебирая пальцами темные жесткие волосы на его груди.

— Кирилл Александрович, спросить можно?

— Смотря о чем.

Улыбаюсь. Что-то мысли у меня совсем неприличные.

— Я хочу приходить к вам на прием регулярно. Можно?

Закусываю губу и смотрю прямо на него. Мужчина проводит рукой по моей спине, а после откидывает халат с плеча от жары.

— Можно. Только мне халат надо полегче купить. Принимать такую пациентку, как ты, в нем жарко. Сам думал, сознание потеряю.

Мы оба смеемся, и я прикладываюсь щекой к груди мужчины, слыша его сердце. Так спокойно, как сейчас, мне еще никогда в жизни не было.

— Ты чего так рано встала? Спи еще.

— Нет. Мне собираться надо.

На часах шесть, и я понимаю, что больше ничего не делать и ждать мужчину с работы я просто не могу, да и Надя тоже не будет ждать свой долг обратно слишком долго.