Книга Неудавшееся свидание, страница 24 – Бет О'Лири

— Вам помочь? – наконец спрашивает Джейн.

Ругательства женщины выходят на новый уровень, и у Мортимера отвисает челюсть: наверное, в его время дамы не говорили слово «говнюк».

— Не беспокойтесь, – наконец говорит женщина. – Нам с этим зонтом уже ничем не поможешь.

Но тут ей удается его сложить, и она торжествующе фыркает и с лучезарной улыбкой обращается к продавцам:

— У вас есть какая-нибудь одежда шестнадцатого размера?

— Конечно, – говорит Джейн, первой приходя в себя.

В благотворительный магазин нередко приходят люди после какого-то фиаско с одеждой: кофе, пролитый на пиджак, порванные колготки, джинсы, треснувшие в неудачном месте. Но женщин в пижаме, которым нужен полный комплект одежды, еще не было.

— Смысл в том, чтобы не выглядеть как тетка, которая вышла из квартиры в пижаме и захлопнула за собой дверь в первый день работы над дизайн-проектом огромного особняка, и теперь ей не в чем ехать к заказчику, – объясняет рыжеволосая дама, следуя за Джейн в секцию женской одежды.

— Ох, сочувствую. Сколько у вас времени?

Женщина бросает взгляд на часы:

— Час или около того. Никакой спешки. Да, и как-то немного неловко разгуливать по округе без труселей. – Она указывает на фланелевые пижамные штаны.

Джейн смеется:

— Мортимер не должен услышать слово «труселя», – говорит она, понизив голос и бросив взгляд в сторону прилавка. – Он называет любое белье «нижней одеждой».

Женщина заливисто хохочет, да так громко, что Джейн буквально подпрыгивает.

— Простите, это у меня от отца, – объясняет она. – Я имею в виду смех. Ужасный, правда?

— Вовсе нет, – говорит Джейн, и она не лжет. Этот смех и правда кажется ей очаровательным: он непостижимым образом придает уверенности в себе тем, кто его слышит. – Это я сегодня немного на нервах.

Женщина внимательно смотрит на нее.

— Плохое утро?

— Не настолько плохое, как у вас, – отвечает Джейн. Слова вылетают непроизвольно, и она съеживается, ожидая, что посетительница обидится, но вместо этого снова слышит хохот.

— И то правда. Кстати, меня зовут Эгги, – говорит женщина, протягивая Джейн руку для рукопожатия.

— Джейн.

Нелепость такого официального приветствия поражает, учитывая, что на Эгги пижама с принтом из овечек.

— Хотите примерить платье с запа́хом? – спрашивает Джейн, отодвигая в сторону несколько платьев, чтобы добраться до темно-синего, средней длины, с завязками на талии.

— Ух ты, оно даже красивее тех, что висят у меня в шкафу! – говорит Эгги, отступая на шаг назад, чтобы полюбоваться. Потом хмурится: – Но я не могу вам заплатить, у меня в пижаме нет даже карманов.

— Об этом не беспокойтесь, можете занести деньги завтра. Давайте только сначала найдем вам какую-нибудь нижнюю одежду…

Эгги уходит из магазина преображенной – Джейн испытывает изрядную гордость за свою работу. Они даже смогли найти ей дамскую сумку достаточно большого размера, чтобы в нее можно было запихнуть пижаму.

Снаружи идет дождь, нескончаемым потоком обрушиваясь на землю. Окна в магазине старые, и внешний мир всегда предстает в искаженном виде, а когда по стеклам сбегают капли дождя, он становится похожим на живописное полотно. Джейн какое-то время смотрит в окно, пребывая в глубокой задумчивости. С Эгги было приятно общаться. Рядом с ней Джейн не чувствовала, что всегда все делает не так, даже если у нее с языка срывались излишне прямолинейные слова. Джейн расслабилась рядом с ней. Это было… довольно приятно, на самом деле.