Книга Неудавшееся свидание, страница 67 – Бет О'Лири

— Тебе не кажется, что красный цвет слишком… заметный? – уточняет Джейн.

— Нет ничего плохого в том, чтобы быть замеченной, – отвечает Эгги.

«Есть, если тебе есть что скрывать», – думает Джейн. В животе все переворачивается, когда она разглядывает себя в зеркале со спины. Ткань облегает ягодицы, уже не такие упругие, как тогда, когда она смотрела на них в последний раз. Волосы распущены – она теперь предпочитает такую прическу – и уже не так сильно торчат благодаря тому, что Эгги их подровняла.

— Я не могу его оставить, – отказывается Джейн, внезапно занервничав. – Мне оно не нужно. Я могу просто надеть…

— Джейн, – строго говорит Эгги. – Почему ты не можешь оставить это платье?

— Потому что… я его не заслуживаю. – Это первое, что приходит Джейн в голову.

Эгги бросает на нее понимающий взгляд.

— Ты наказываешь себя за что-то, что бы ты ни говорила. Тот, кто вбил тебе в голову, что ты чего-то не заслуживаешь, – настоящий мудак, ясно? Ты себе несколько лет не позволяла купить хоть одну новую вещь. Это платье сделано из переработанных пластиковых бутылок. Ради всего святого, женщина, ты не должна испытывать из-за него ни малейшего чувства вины. И ты выглядишь ослепительно. Я не шучу. Джозеф даже не представляет, что его ждет.

На следующий день Джозеф рано приходит на свадьбу – такое с ним впервые. Он ждет Джейн возле церкви – пиджак перекинут через руку, на лице улыбка. На нем темно-синий костюм с бордовым шерстяным галстуком и, конечно, очки. Он выглядит таким расслабленным, таким непринужденно-привлекательным. Нервы Джейн скручены в тугой комок, она словно проглотила моток пряжи. Он всегда был таким высоким? В костюме он ее немного пугает, как будто перед ней альтернативная версия мужчины, которого она обычно видит в шерстяных джемперах.

У Джозефа округляются глаза, когда она приближается к нему.

— Выглядишь потрясающе, – говорит он, целуя ее в щеку. – Ого. Красный цвет! – Джейн внимательно разглядывает свои туфли.

— Это была идея Эгги, – отвечает она. Ее голос звучит еще тише, чем обычно, и Джозеф склоняет голову, чтобы расслышать слова. – Я немного жалею об этом.

— Нет, платье прекрасно, – уверяет Джозеф, предлагая ей руку, – итак, ты готова быть моей девушкой?

Сердце выполнило такой кульбит, словно она только что на скорости перелетела через лежачего полицейского. Какой ужас.

— Я готова, – говорит она, и ее голос слегка дрожит. – Спасибо за то, что ты это делаешь. Снова.

— Не за что, – беззаботно говорит Джозеф. – Но на этот раз давай обсудим нашу легенду. Наутро после помолвки твоя коллега Кира устроила целый допрос, и я с трудом припоминаю, что ей рассказывал. Мы познакомились…

— В булочной «Хокстон», – подсказывает Джейн, пока они идут ко входу в церковь. Сегодня светлый, ясный сентябрьский день; с утра шел дождь, но сейчас вышло солнце, и лужицы на брусчатке отливают золотом. – В этом наши показания совпали. Хотя, по-моему, ты сказал, что…

— Начал ходить в булочную, только чтобы увидеть тебя, – заканчивает фразу Джозеф. – Ага. Однажды я встретил тебя и подумал, что ты очень красивая, а потом стал заходить туда каждый день в одно и то же время в надежде снова увидеть тебя.

Это уже чересчур, это больно. Но это сладкая, мучительно-приятная боль, похожая на першение в горле после того, как откусишь огромный кусок пончика с джемом.