Книга Невесты в погонах, страница 12 – Наталья Нестерова

— Доня, – говорил папа Томке, – куда тебя влечёт? Чи тут плохо? Я договорюсь, пойдёшь на хорошей должности к нам на шахту.

— В подоле принесёшь, – шепелявила беззубая бабушка. – На порог не пущу!

— Алёнка, – обижалась мама Елены, – почему ты меня бросаешь? Люди подумают, что у нас плохие отношения.

Секретарь комсомольской организации курса пенял Светлане:

— Я бы понял, брось ты всё, чтобы ехать на Целину. Сейчас это актуально на повестке дня. Тысячи ребят по зову партии туда отправляются. Но в Германию? В воинскую часть? Ты ведь знаешь, я служил, в университет взяли по партнабору. Так вот, девушки при военных – это… Ну, как сказать… Специфический контингент. Мне казалось, что ты не такая.

Светлана, скривившись, пожала плечами, давая понять, что поддерживать разговор не намерена:

— Извини, я спешу.

Здесь, в вагоне поезда, она думала о том, что пословицу «Изведан друг, куль соли вместе съевши» наверняка придумали мужчины. Женщинам достаточно слиться в общем экстазе, чтобы распахнуть сердца для новой дружбы. Куль соли – сколько его, год, три потреблять? Годится еще на зиму делать заготовки. Но люди не капуста, чтобы их квасить, и не огурцы, чтобы в бочке солить. Дружба, как любовь – счастье негаданное, хоть и давно о нём мечталось. И пусть даже будет коротким, хотя кажется, что на всю оставшуюся жизнь. Немного счастья лучше, чем куль соли.

— Спасибо вам, девочки! – Светлана мягко высвободилась из объятий. – Я вам очень признательна. Даже не представляете, как вы мне помогли.

— За что спасибо? – не поняла Тамара и, не дожидаясь ответа, затараторила: – Ты, Светка, необыкновенная, даже лучше, чем моя училка по пению. Я из-за нее в хор пошла и несколько лет мечтала просто дотронуться до краешка ее платья. За тебя, Светка, я в огонь и в воду. За тебя, Ленка, тоже. А вы можете за меня только в воду. Если она тёплая и неглубоко.

— Вы обе необыкновенные, – улыбнулась сквозь слезы Елена. – Как-то сразу свои и родные. Давайте никогда не ссориться и друг за дружку стоять?

— Замётано! – воскликнула Томка.

— Просто три мушкетёрши, – улыбнулась и Светлана.

Обычно ее красивое лицо портила застывшая сонная безучастность. Улыбка же полностью преобразила Свету, показав миру девочку-отличницу – добрую, робкую и одновременно, в чем-то для нее важном, упрямую.

* * *

В туалет выстроилась очередь.

Большинство военные, несколько штатских – у всех через плечо белые вафельные полотенца и мыльницы в руках. Тамара вышла первой, Елена и Светлана задержались в купе. Светлана переобувалась в туфли, Елена рассматривала книги на немецком, лежащие в ее открытом чемодане.

Тамара предупредила капитана, вставшего за ней:

— Со мной еще двое.

— Не тесно будет? – осведомился тот.

— Где? – удивилась Томка.

— В туалете, там помещение небольшое.

— Очень остроумно!

— Двое других тоже девушки? – повернулся стоящий перед Тамарой лейтенант.

— Бабушки! – ответила вредина Томка.

Когда Светлана и Елена вышли в коридор, Тамара замахала им рукой.

— Девчонки, я здесь!

Елена отважно двинулась вперёд, протискиваясь между дверями купе и внимательно разглядывающими ее офицерами. Разглядывать им приходилось затылок, спину и всё, что ниже, потому что пробиралась она лицом к дверям. Поезд качало, он дёргался на ходу, Елена теряла равновесие, но всякий раз сразу несколько рук участливо подхватывали ее, не торопясь отпускать.