Книга Невесты в погонах, страница 58 – Наталья Нестерова

— Я знаю храм, в который ты можешь сходить, – медленно произнёс Равиль. И, взглянув на нее исподлобья, добавил: – Я тебя отведу.

— Об этом я не прошу! Я не хочу, чтобы у тебя были неприятности. Если нас увидят…

— Если нас увидят, у твоего мужа тоже будут неприятности.

— Ничего ему не будет, – отмахнулась Светлана. – Он вывернется. Ты же его знаешь. А я скажу, что просто хотела полюбоваться интерьерами. Интересуюсь я разными направлениями в архитектуре. Все знают, что я книжный червь. И вообще не от мира сего.

— Кондрашов устроит тебе сцену.

— Я давно уже не обращаю внимания на его сцены.

— Ладно, – сказал после паузы Равиль. И повторил: – Я тебя отведу.

— Но, Равиль…

— Нас не увидят.

* * *

Они встретились в сквере за территорией гарнизона, куда Светлана приходила и раньше, чтобы посидеть на лавочке у небольшого фонтана, окружённого цветочными клумбами, и посмотреть на местных жителей.

— Как настроение? – невозмутимо спросил Равиль. И посмотрел на спящую в коляске Настю. – Нам до места полчаса неспешным шагом.

— Отлично.

Светлана улыбнулась, чувствуя приятное волнение, и когда он изъявил желание катить коляску, не стала возражать.

С погодой им повезло. Солнце припекало совсем по-летнему, лёгкий ветерок играл волосами, освежая разгорячённые лица. С каждого дерева, из каждого куста доносился птичий щебет. Встречные прохожие казались спокойными, умиротворёнными.

Изредка Светлана ловила на себе быстрые взгляды, в которых мелькал мимолётный интерес. Равиль был в гражданской одежде, но короткая стрижка и особая осанка выдавали военного, да и черты лица не позволяли принять его за немца. Женщина и ребёнок были однозначно «при нем». Чужаки. Оккупанты. Но немцы, как всегда, не проявляли никаких признаков враждебности.

Узкими улочками и какими-то, как сказала бы Томка, огородами Равиль привёл ее к небольшой, очень красивой церкви, сложенной из серого камня. Прежде чем войти в храм, они обошли его вокруг, чтобы хорошенько разглядеть все детали.

Эта двухъярусная церковь с центрическим планом напоминала дворцовые капеллы. Внушительная толщина стен нижнего яруса позволила сложить стены верхнего с большим отступом от края. На образованной таким образом площадке, огибающей весь периметр восточного полукружия, соорудили изящную аркадную галерею с собственной кровлей. Снаружи ступенчатая композиция восточного конца церкви была увенчана богато украшенной башней.

— Поздняя романская архитектура, преддверие готики, – благоговейно прошептала Светлана, глядя на фасад. – Спасибо, Равиль! Давно я не видела такой красоты.

— Ты хорошо разбираешься, – заметил он с одобрением. И после паузы спросил: – Ты ведь не атеистка?

— Кажется, нет. Хотя делаю вид, что да.

— Все мы делаем вид…

— Наверное, твои родители мусульмане?

— Да.

— Их за это не преследуют?

— Они живут тихо, незаметно, поэтому их никто не трогает.

— А ты?

— Мусульманин я или нет? Уже нет.

— Атеист?

— Нет.

Он помолчал, глядя на спящую Настю.

— Хочешь окрестить свою дочь?

— Здесь? – ошеломлённо спросила Светлана. – Сейчас?

— Да. Это католический храм, но ты же сама говорила, католики – тоже христиане.

— Но… – Она не находила нужные слова. – Кто же согласится окрестить дочь оккупантов?

— Я знаком со священником, отцом Леонардом. Собственно, я уже говорил с ним на эту тему. Он согласен окрестить Анастасию. Если ты хочешь, конечно.