Книга Последний враг, страница 21 – Ольга Баринова

— Печать требует воспоминания от нас обоих.

— Мы не знаем, заберёт ли она его навсегда.

— Если не укрепить печать, потеряем гораздо больше.

Она коснулась золотого пламени, и мир изменился.

Эйра снова была ребёнком. В главном зале Алвейна играла музыка. Отец поднял её на руки и закружил под смех гостей. Мать сидела у окна, хлопая в ладоши.

— Ещё! — просила маленькая Эйра.

— Принцессы не командуют королями, — отвечал отец.

— Тогда я стану королевой.

— И кем будет твой муж?

Девочка задумалась.

— Самым храбрым рыцарем на свете.

— Прекрасный выбор.

— И у него будет белый конь.

— Разумеется.

— И золотые волосы.

Отец засмеялся.

— Боюсь, с последним условием могут возникнуть трудности.

Настоящая Эйра почувствовала, как Кэйдэн входит в воспоминание.

Он стоял в стороне, наблюдая за её семьёй. Она видела его глазами то, чего никогда не замечала прежде: мать сжимала в руке медальон, а у дверей в белом плаще стоял магистр.

Он смотрел не на танцующих, лишь на маленькую Эйру.

— Вы были рядом со мной, — прошептала она.

— Только сейчас.

— Но я чувствую вас там.

Кэйдэн протянул руку, и она вложила в неё свою.

Два воспоминания соединились. Ледяная птица пролетела над праздничным залом Алвейна. Мать Кэйдэна стояла рядом с отцом Эйры. Две давно умершие семьи встретились в пространстве, которого никогда не существовало.

Кристалл засиял ярче, и чёрная трещина на его поверхности начала затягиваться.

И тогда магистр улыбнулся. Он вышел из воспоминания Эйры, превратившись из неподвижной фигуры в живого человека.

— Какая трогательная картина, — произнёс он.

Кэйдэн потянулся к мечу, но оружие исчезло.

— Это воспоминание, — сказал магистр. — Здесь нет ни мечей, ни корон.

Он взмахнул рукой, и музыка оборвалась.

Гости исчезли. Отец Эйры упал на колени. Огонь охватил его одежду. Мать закричала, протягивая руки к дочери.

— Ты могла спасти нас, — сказал отец.

Эйра замерла.

— Нет.

— Но убежала.

— Мне было девять лет.

— Ты оставила нас умирать.

Кожа отца обуглилась. Из глаз потекла кровь.

— Это неправда, — произнёс Кэйдэн.

Магистр посмотрел на него.

— А вы умеете отличать ложь от правды, ваше величество? Вы нашли доказательства на пепелище, но семь лет позволяли ей ненавидеть вас.

Эйра повернулась к Кэйдэну. Он побледнел всего на мгновение, но магистр заметил.

— Он что-то скрывает от тебя, моя девочка.

— Не называйте меня так.

— Спроси его, почему он занял земли Алвейнов. Спроси, почему не рассказал миру об Ордене. Спроси, какую выгоду получил от смерти твоей семьи.

Эйра почувствовала, как воспоминание начинает рушиться.

Кэйдэн сжал её руку.

— Не слушайте его.

— Он лжёт?

Король встретил её взгляд. Но ответил не сразу.

— Не во всём.

Боль оказалась почти такой же сильной, как удар клинка.

Магистр улыбнулся.

— Вот видишь?

Отец Эйры снова поднялся с пола.

— Отомсти за нас, искорка.

Эйра замерла, а потом презрительно посмотрела на магистра.

— Мой отец никогда не называл меня искоркой.

Улыбка исчезла с его лица.

— Он звал меня своей маленькой бурей.

Золотое пламя охватило праздничный зал. Иллюзия отца сгорела. Следом исчезли гости, стены и сам магистр.

Эйра и Кэйдэн снова оказались в подземелье.

Кристалл перед ними сиял ровным золотым светом.

Второй знак на браслете перестал чернеть и стал золотым.