Книга Попаданка в цыганку. Держитесь, черти, ай-на-нэ!, страница 53 – Рин Дилин

Я насмешливо выгнула бровь: именно, упавшие.

— Эти как раз такие. Они упали бы через несколько дней. Просто я их раньше подобрал. До этого. Никого я не обманывал, — договаривал он, уже с трудом сдерживая улыбку. — А вообще меня будто кто-то под руку толкнул: «Возьми да возьми», так и шелестело в голове.

Пощёлкав пальцами, я замахала Шароту рукой, показывая, что тоже слышала шелест в голове, и именно он надоумил поменять кроликов. Поняв, что он не успевает разбирать мои жесты, я вспомнила про блокнот с карандашом, достала его из-за пояса и написала:

«Она бы не заплатила».

Шарот мигом сложил мои пассы, надпись и озвучил:

— Шелест в голове сказал тебе, что старуха не заплатит и посоветовал поменять кроликов местами?

Кивнув, я дополнила блокнот фразой «странный дед» и показала орку.

— Странный, да… Я таких существ и не видел-то никогда, — озадаченно пробормотал он, а потом, будто что-то вспомнив, воскликнул: — Лика, а ведь это домовой дух-сильф был! Говорят, увидеть его — редкая удача. А мы с тобой его не только видели, но и слышали… Если так прикинуть, стоимость этой крольчихи полностью покрывает наш с тобой сегодняшний заработок. Даже с лихвой. Хорошо, что через несколько месяцев мы сможем поесть мяса и продать шкурки. Но до этого нужно дожить. Опять-таки— расходы на их содержание. Ладно, питаться они могут тем же сеном, что и звери. Но клетки для них? А это опять материалы: доски, сетка. Всё это стоит денег, а их у нас нет. К тому же бессмысленно тратить монеты, если нам нет резона их разводить: мы постоянно в дороге. Может быть, попробуем продать крольчиху? Хотя бы за полцены…

Я снова замотала головой и написала: «Резон есть. Трогательный зоопарк».

Он поморщился, не понимая, что я имею в виду, и тут словно вместо меня Мироздание решило явить ему разъяснения в полном объёме: по переулку шла женщина, держа за руку маленького мальчика. Опасливо косясь на Шарота, она попыталась быстро проскользнуть мимо нас, но малыш увидел на моих коленях кролика и заупрямился, потянув её в нашу сторону:

— Мама, смотри! Пушистик! — с горящими глазами восторгался он.

— Милый, у бабушки с дедушкой есть же кролики… Идём, мы торопимся, — старалась она его остановить, по-прежнему косясь на орка, но мальчик вырвался и подбежал ко мне.

— Можно погладить? — нерешительно замер около меня. Получив согласие, стал водить рукой по мягкой шкурке, громко сопя от удовольствия.

Шарот от нас отвернулся, словно ему было безразлично, что рядом с ним происходит, и мамаша расслабилась. Даже тоже стала улыбаться, ожидая, когда приступ тисканья у её сына пройдёт. На это ушло пять минут.

Когда малец, наконец, внял мольбам матери, та впихнула ему в руку монетку, велев дать мне в благодарность. Я не отказалась. А когда они скрылись за углом, продемонстрировала орку надпись «Все дети любят пушистиков» и отдала ему медяк в пять ур.

Именно столько стоила булочка у Малетры, и столько же брала Зельда за предсказание.

— Трогательный зоопарк… Место, где дети смогут трогать и тискать милых животных, — пробормотал Шарот, многозначительно поглядывая на Рябушку. — Пока крольчата — в этом зоопарке. Как подросли — на шкуру и мясо. Сплошная прибыль, ты права. Но на клетки и загон всё равно нужны материалы. А это деньги. Которых у нас нет.