Книга Попаданка для короля драконов. Миссия накормить и обезвредить!, страница 70 – Аста Лид, Элли Барнс

А сейчас — на каждом углу об осознанности блеют и о том, что смиренно принимают опыт этой жизни, чтобы потом его еще раз не проходить. И теперь почти все поголовно сидят в горах и медитируют.

— Так, ты не понял, наверное, кто я такой. Да? — Начинает постепенно выходить из себя Котичек. — Я покажу! — Вдох и он оборачивается драконом огромным. Яростным.

Потому что пока его неособенная готовит ему непонятно что, его особенная ходит непонятно где!

А вдруг вокруг неё кто-то еще ошивается и лапу свою наложить хочет? Потому что такие особенные, как она — на дороге не валяются!

— РРРРРРРШ — Показывает свою могучесть совсем от рук отбившийся!

— ФШШШШШШ — вырывается из пасти его огонь священный.

— В ту сторону, пожалуйста. — Как ни в чем не бывало просит гад темный. — Там клинки, давно закалить хотел, никак не мог дракона подходящего найти. А тут — такой экземпляр. Ты хоть силу то свою настоящую ведаешь?

— ФРРРРШШШШШШ — Ревет Котичек. Конечно!

— Не эту. А ту, что внутри тебя находится. — Вдох, выдох и хвостатый возвращает себе свой человеческий облик.

— Знаешь ты, где она! — Рывок вперед и мужчину в плаще впечатывает в скалу каменную так, что у того зубы клацают, а ноги от землю отрываются.

— Не все. Но мне козел нужен. — Хрипит потенциальный смертник.

— Убивать животных — плохо — шипит король драконов.

— Да, с чего ты взял, что я его убивать собрался! Поговорить я хочу! Сплю плохо! А они медитации действенные знают. Вот, хочу попробовать. Тебе, тоже, кстати, не мешало бы! У тебя тут под носом, между прочим, заговор зреет. Империю твою развалить хотят и в крови её утопить. А ты про особенных, думаешь!

— Что значит империю мою в крови утопить? — Не сразу понимает дракон.

— Забылся ты дружок. Со своей любовью. Совсем отлетел в мир фантазий. А там — между прочим, древний род твоей Авелин — поработить тебя через драконенка мечтает.

— Еще, что знаешь? — Рыкает его чешуйчатость.

— Много чего. Ты только не забывай, что я к религии древней отношусь. И ты меня вроде как ненавидеть должен. И пытаться уничтожить. — Отпускает Котичек человечишку странного. И призадумывается.

А почему религия старая — запрещена была? — И первый раз вопрос этот в голову хвостатого приходит. Ответ тоже сразу всплывает.

Ну, потому что кровь, потому что так отец говорил.

Мол, древние были глупые. Не будь как они. А потом хлыстом из какого-то сплава прочного — хлесть его по спине, чтобы нос свой чешуйчатый в анналы истории не совал.

А он тогда маленький был. Защититься не мог. Так что какое-то время интерес к этому делу попраявлял, а потом от боли мучиться, устал, и забросил это дело.

— А особенную сможешь мою найти? — С трудом сдерживая ярость на родителя своего жестокого, спрашивает хвостатый.

— Смогу. Ты только от неособенной своей держись подальше и не зли лишний раз. Да и про меня не рассказывай. Злая она баба. — Вдруг в голове Котичка приказ, каленым железом выжигается.

— А ну, живо ко мне! Недоразумение драконовое. — И сжимает кулаки его величество. И глаза в гневе необузданном прикрывает.

Потому что вспомни про дьявола, он и появится.

Только в этот раз иначе все будет.

— Иду. Отец. — Мысленно отвечает Котичек, а сам внутренне к битве готовится начинает. И уже на выходе из пещеры запретной слышит голос тихий, до него долетающий.