Книга Некрасивая невеста, страница 40 – Татьяна Дин

— Конечно, Адам, второй танец твой, — произнесла она как и положено с должным спокойствием.

Вдруг Седрик слегка ткнул ее в бок и сквозь закрытые губы тихо, чтобы только она слышала, прошипел:

— Мистер Чедвик.

Эстер сделала вид, что пропустила мимо ушей его замечание, тем более, что к ней подошел еще какой-то джентльмен и тоже пригласил ее на танец.

Бет оказалась права: теперь у Эстер Дэвис появилась возможность попрактиковаться в танцах, так как спустя несколько минут пять из них у нее уже были заняты, два из которых пришлось отдать Седрику.

Когда же они начали танцевать, Эстер даже была рада, что именно он стал ее первым партнером. Из-за волнения она пару раз ошиблась в движениях и один раз наступила ему на ногу. Он с улыбкой принял ее оплошности и потом подсказывал, куда ей поворачиваться и какую ставить ногу.

Закончив полонез и ожидая контрданса с Адамом, Эстер мысленно повторила все, чему учила ее Бет, стараясь в точности припомнить все движения. С Адамом она не могла ошибиться.

Его теплая рука, на которой лежала ее рука, когда он отвел ее в центр зала, придала ей уверенности. Заиграла музыка. Вместе с Адамом она двинулась вперед, навстречу другой паре, затем они сделали шаг назад, повернулись лицом друг другу и совершили полный оборот.

Весь танец вокруг них мелькали разноцветные наряды дам, темные фраки мужчин, молодые и пожилые лица, огни ламп и свечей, но Эстер запомнила только глаза Адама. Они были точно такими же как у Адама из прошлого, в которые она много раз смотрела с надеждой. Даже губы обоих молодых людей с одинаковой силой притягивали ее.

Эстер испытала горячее желание почувствовать прикосновение его губ к своим губам.

Она смотрела на Адама и искала в его лице хоть малейший признак симпатии или заинтересованности в ней. И однажды она увидела то, что моментально выбросило в ее кровь адреналин.

Адам опустил взгляд и тоже остановился на ее губах. От волнения она неосознанно их облизнула. Мгновенно его зрачки расширились, от чего он судорожно втянул в себя воздух. Он вдруг покраснел и стал выглядеть смущенно, что только сильнее убедило Эстер, что она могла заинтересовать его как женщина!

Но ее ликование закончилось слишком быстро, так как совсем скоро закончился и танец.

Адам, как ей показалось, слишком поспешно отвёл ее Седрику и ушел к столу с напитками. Больше он ни с кем не танцевал и предпочел сидеть в дальнем углу на стуле за маленьким круглым столиком, держа в руке что-то похожее на карандаш и, судя по движению руки, рисовал им.

В перерывах между танцами Эстер поглядывала на него, но он был увлечен своим занятием.

После пятого танца она решила выяснить, чем он там занимался, и, пока Седрик ушел за пуншем для себя и лимонадом для нее, отправилась к его другу и встала чуть позади него, а потом вытянула шею и заглянула ему через плечо.

Перед Адамом лежал расправленный, с заломами в двух местах от сгиба лист, изрисованный миниатюрными лицами людей.

Из-за разделяющего их расстояния Эстер не могла рассмотреть чьи именно лица он изображал, но даже так сумела понять, что рисовал он не как любитель, а как профессионал. Пальцы сразу выводили точные линии и нигде не ошибались.

— Так ты художник? — удивленно спросила она.

Рука Адама застыла в одной точке. Он ответил через пару секунд.