Книга Груз с особой печатью, страница 37 – Александр Тамоников

Какой толк от Чучалова, если он, как и Шубин, не знает ни венгерского, ни словацкого, ни чешского языка? Но какой сейчас прок рассуждать на эту тему? Сейчас надо думать о другом — кто этот человек и как найти с ним общий язык.

Некоторое время они стояли и молча смотрели друг на друга, а потом мужчина заговорил. И что очень удивило Глеба — по-русски. Плохо, с большим трудом подбирая слова, но все-таки более или менее понятно.

— Ви руск золдат? Я видат вас. Давне ходит кругом. Ви заблудитесь?

Первый встречный незнакомец, говорящий по-русски, — это было несомненной удачей. Даже, может статься, добрым предзнаменованием.

— Наш самолет упал ночью. Там, — ответил Глеб, указывая в направлении, откуда они пришли. — Мы советские солдаты, и нам нужна помощь.

Видя, что мужчина с трудом пытается понять его слова, Глеб снова с надеждой спросил, переходя на польский:

— Вы понимаете польский язык?

— Немае, польска, — покачал тот головой и поинтересовался в свою очередь: — Понимат словакски?

— Нет, — с сожалением развел руками Глеб. — Но у нас там, — снова махнул он рукой в сторону их лагеря, — есть человек, который говорит по-чешски.

Мужчина кивнул в знак того, что понял Глеба. Он смотрел на Шубина, явно ожидая от того каких-то или действий, или предложений.

— Придется нам вернуться, — повернувшись к Чучалову, сказал Глеб. — Возможно, наш Георгий узнает у этого человека, можно ли нам как-то выйти к своим.

— Интересно, а он сам-то каким образом тут появился? — в свою очередь спросил Семен. — Мы-то с вами, товарищ капитан, не смогли найти дорогу ни вниз, ни наверх. А он как из-под земли возник.

— М-да, это вопрос. Но мы его задать пока что не сможем. Пока не вернемся с ним в лагерь. Идемте с нами, — обратился он к мужчине и, чтобы тот понял, о чем он сказал, повернулся и направился обратно в сторону упавшего самолета.

Мужчина жестом показал Семену следовать за Шубиным, а сам направился следом. Карабин он закинул за плечо, что в какой-то степени успокоило Чучалова. Но не до конца. Все время, пока шли, Семен оборачивался и с подозрением смотрел на угрюмого то ли словака, то ли чеха, идущего за ним.

Видимо, Наденька, которой было поручено наблюдать за окружающей местностью, увидела в бинокль возвращавшихся обратно разведчиков и сообщила, что с ними идет еще кто-то. В лагере их встретили вопросительным молчанием и настороженными (в сторону незнакомца) взглядами.

Первым делом, когда подошли к людям, Шубин поинтересовался, получилось ли у Выдрина с Жаровым наладить связь.

— Пока что нет, — ответил Олег Выдрин. — Видимо, антенна не очень сильная, а может, и место такое. Горы вокруг могут не пропускать сигнал, глушить. Да и сигнал слабоват, нестабилен, все время куда-то пропадает. Надо бы повыше куда-нибудь антенну установить. Но забраться на скалу не получается. Камни скользкие, заледенели совсем, — развел он руками.

— Ладно, потом с этим вопросом разберемся… Георгий, — подозвал Чичхавидзе Глеб. — Поговори с человеком. Не знаю, чех он или словак. Объясни ему, кто мы и что нам нужно.

Жорик свободно и, это было видно, с большим удовольствием стал расспрашивать о чем-то мужчину на чешском языке, и тот, хотя и с некоторой заминкой, но все же отвечал ему. Остальные стояли вокруг и нетерпеливо ждали разъяснений от переводчика. Минут через пять Шубин не выдержал и спросил: