Книга Груз с особой печатью, страница 48 – Александр Тамоников

— Прямо как в царских палатах, — с восхищением заметил Лешаков.

— А ты что же, в них бывал, Тимофей Ильич? — рассмеялся Чучалов.

— Не бывал, — признался Лешаков. — Я просто имел в виду, что просторно и мягко постелено. Да и жарковато. Непривычно как-то. Давно в таких условиях спать не приходилось. В последнее время все больше на скамейках, на деревянных лежаках, а то и просто на голой земле спал. Последний раз на кровати приходилось почивать только в госпитале после ранения.

— Это когда было? — поинтересовался Карелин.

— В сорок втором, в августе выписался, а через месяц уже снова за штурвал сел, — ответил летчик, снимая с себя не только сапоги, но и гимнастерку.

Его примеру последовали и остальные, так как в комнатке и вправду было жарковато.

— Погодите все снимать. Я бы не советовал раздеваться, — остановил всех Чучалов. — Мы сейчас уснем, и за огнем некому будет присматривать. Он погаснет, и к утру тут будет почти так же холодно, как и на улице. Лучше оставаться в том, в чем одеты.

— Так ведь спаримся же! Потному потом замерзнуть еще хуже, чем раздетому, да не потному. Воспаление легких гарантировано, — возразил Карелин. — Это я вам как доктор говорю. Лучше снятую одежду под себя положить, а полушубком или шинелью накрыться, когда комната остывать начнет. Тогда не замерзнем.

— Ничего страшного, не замерзнем, — поддержал доктора капитан Выдрин. — Через три часа пойдем ребят менять и попутно дров в огонь подкинем. Не дадим ему погаснуть. А под утро еще добавим. Делов-то.

Они с Шубиным легли с краю и раздеваться особо не стали. В полутьме потом не очень удобно надевать гимнастерку, да и вообще одеваться, а ведь им предстояло еще идти на дежурство.

Когда пошли менять Чичхавидзе и Жарова, Глеб вынул из вещмешка, который использовал как подушку, пакет, переданный ему для командующего штаба 18-й армии, и сунул себе за пазуху. Выдрин заметил это и, когда они вышли, спросил:

— Ты зачем письмо с собой взял? Оставил бы в мешке. Неудобно ведь таскать вот так на себе.

— Лучше пусть будет неудобно, — ответил Глеб, — чем в случае каких-то непредвиденных обстоятельств потерять важные документы и потом отвечать за эту потерю по всей строгости военного времени.

— Как же ты их потеряешь? — удивился Выдрин. — Пакет в мешке цел и невредим останется, никто его оттуда не возьмет.

— Не возьмет, — согласился Шубин. — Но если вдруг по какой-то причине случится спешно уходить из дома, например, пожар случится… В общем, пускай уж лучше он у меня с собой будет. Так надежней.

* * *

Ночь прошла без происшествий. Ни зверь, ни человек не пытались проникнуть на территорию поселка или в кошару к овцам. Утром разгрузили остававшийся на волокушах груз и, снова взяв с собой лошадок, отправились за оставшимися в самолете ящиками и мешками. Выдрин, Наденька и доктор Карелин остались в поселке. Капитан должен был попробовать наладить связь со штабом восемнадцатой армии, а Карелин вызвался помочь ему.

— Вот уж не знаю, Игорь Владимирович, получится ли у вас, — засомневался Выдрин. — Вы ведь в этом деле ничего не смыслите. Ну да ладно. Будете делать, как скажу, авось у нас с вами что-то да получится.

— Не смыслю, — согласился доктор. — Но смею сказать, что человек я исполнительный и ученик прилежный. Потому у нас с вами все как надо должно получиться. И связь, если бог даст, наладим.