Книга Не верь глазам своим, страница 130 – Лариса Соболева

— Да. Снова довериться тебе боюсь. Уже верила тебе, но ты указал, где мое место – на улице. А подумать, куда я пойду, где остановлюсь на ночь без денег? Ты же знал, что у меня никого нет, и забрал все, что могло помочь в этой ситуации элементарно выжить. Ну, хорошо, допустим, я дрянь, но человек же. Послушать не захотел меня хотя бы ради прикола, что скажу в свое оправдание. Неужели я, прожив с тобой столько лет, не заслужила, чтобы ты выслушал меня? Даже убийце дают последнее слово. Позже поняла, что для тебя я ничего не значу, ноль…

— Неправда, я…

— Правда, – оборвала его Вероника. – Иначе не выкинул бы меня с такой легкостью из своей жизни и из жизни наших детей. А они не только твои, они еще и мои. Это же я их выносила два раза по девять месяцев, в общей сложности целых восемнадцать месяцев! Я их рожала, кормила, растила, лечила. Но все это для тебя ничего не значило. Потому что отвел мне место в своем доме полезной функции, я удобство, как этот дом, как холодильник, кухня, ванная, кран. Я сундук, который выносил и воспроизвел для тебя детей, с сундуком можно не считаться, а спокойно заменить на что-то более подходящее для интерьера. Нет у меня уверенности, Сережа, что ты хочешь искренне вернуть меня, а не функцию. Просто ничего подходящего на мою замену не нашлось, а привык жить с удобством, но как только попадется многообещающее существо, снова вытолкаешь меня за дверь.

— Мне неприятно слышать, что ты такого плохого мнения о муже.

— И мне неприятно вспоминать, как я умирала на морозе без еды и воды, потому что мой муж, которого я преданно любила все эти годы, невзирая на его капризы и настроения, вышвырнул меня, как ненужный хлам. Я была счастлива в твоем доме и платила тебе любовью, больше у меня ничего не было, да и нет, как показала наша с тобой жизнь. Разве ты можешь меня в чем-то упрекнуть? Нет. Но, прожив со мной девять лет, так и не понял, что я не способна свое счастье, своих детей, тебя, этот дом бросить на кровать слащавого, слюнявого и женоподобного пацана?

— Очень сложно для моего уровня, – отделался он шуткой.

— Теперь я в курсе, что у тебя внутри большие сложности, – отреагировала Вероника.

На самом деле Сергей терял терпение, несправедливые обвинения его бесили, тянуло прекратить поток жалоб и упреков, с которыми не мог он согласиться, короче, все эти ля-ля со слезой в голосе ведут к ненужным ссорам. Но, взглянув в ледяные глаза жены, вспомнил «либо… пусть катится ко всем чертям». Да, она может уйти навсегда, в чем он точно уверен – этого нельзя допустить, потеря не оправдает себя. При всех но – правда на ее стороне. Вероника действительно создала для него удобства, комфортную атмосферу, вряд ли другая способна заменить ее. В конце концов, накосячил он, а потому пусть жена выговорится. Вероника будто подслушала его мысли:

— А знаешь, чем любовь отличается от модного потребления? Скажу. Как любящая жена, я на твоем месте выслушала бы тебя и, знаешь… поверила бы тебе. Потому что моя любовь не подразумевает недоверия. Но при всем при том настояла бы нанять детектива, в обязанность которого входило бы найти негодяев. Всего-то. Я не стала продолжать поиски негодяев, когда увидела прыгающую Илону на твоих коленях, а собиралась. Но то, что видео со мной подделка, смогла доказать.