Книга Не верь глазам своим, страница 52 – Лариса Соболева

— Стоп, Славик, – прервала Вероника. – Артер это…

— Ну, тот, кто фиксил деву, ну, подрисовывал под тебя.

— А, – поняла, наконец, она, – от слова «арт»? Типа художник.

— Ага, живописец, блин, – хмыкнул Славик. – За подобную «живопись» к прокурору могут потащить, то есть ты можешь, когда найдешь живописца.

— Да-а, найти бы. Давай, Славик, продолжим наше общение на великом и могучем, ладно? А то твой сленг непривычен для моих ушей.

— Мдя, ты как старая бабка: «я не понимэ», – передразнил он абстрактную бабку. – Значит, так. Видос живьем снимали, а не выпилили из порноиндустрии, это я почти сразу понял.

— А как ты понял, что не из порно вырезано?

Для нее это был непраздный вопрос, артистов данной индустрии искать бессмысленно, но, если съемки делались обычными негодяями, стоит попытаться найти хотя бы одного из двух, ведь оба наверняка живут в городе. Тем временем Славик, почесывая голову и отхлебывая из банки энергетик, думал, как объяснить ей доступно то, что для него очевидно.

— Ты явно не смотрела порно, – начал он издалека.

— Да как-то не интересовалась.

— Из любопытства посмотри, только сайты эти платные, разницу увидишь сразу, можно и старье найти бесплатно. Там смонтировано демонстративно, откровенно, напоказ, с различными секс-фишками. В твоем ролике обычный секс… ну, да, они там стонут, кряхтят, но ничего такого не вызывают. А порно должно вызывать либо похоть, либо пуританское отвращение.

— Поняла. Только… не понимаю, что означает эта разница?

— Объясняю. Обрати внимание, эта девка твоей комплекции. Вы, само собой, отличаетесь, потом покажу, где и в чем. Но замечаешь разницу, когда специально сравниваешь. Снимали с трех сторон. Девку снимали: анфас, в профиль и со спины. Если анфас, то крупняком захватывали, понимаешь почему?

— Нет, – отрицательно покачала головой Вероника.

— Ну, смотри… вот она. Снята до груди. Почему?

— Видимо… у нас разный размер? – указала она на свою грудь.

— Верно, – сказал Славик. – И форма наверняка другая. Нет ни одного ракурса, чтобы полностью попала в обзор ее грудь. Лежа не считаю, в положении лежа грудь выглядит иначе. О чем это говорит?

— Лучше сам скажи, я не знаю.

— Эту фильму снимали специально, то есть для компры на тебя, поэтому девку подобрали физически похожую. Все работы по превращению девки в тебя делались вручную, врубаешься? Не стали рисковать. В нейросеть кинуть видос, чтобы сгенерировать лицо, можно и огрести по полной. К тому же ты права, реалистичность нейросети пока чуток не догоняет, видос потому и убедил твоего хазбенда… м… твоего мужа реализмом. Короче, твой фейс… э… лицо, лицо! Твое лицо лепили вручную, а не кинули в нейронку, чтобы та сварганила дипфейк.

— Понятно, лицо девицы заменили моим… – перевела Вероника с русского хромого на русский привычный. – А что, нейросети так легко справляются с видео?

— Пф! – Славка закудахтал, это он так высмеял невежественную Веронику. – Запросто. Ты чо, не знала? А живописец потратил много времени на программы, создавая тебя на основе этой… э… девы.

Он приподнялся, взял с полки тарелку, но суши там не было, Славик отправился на кухню. Там накидал на тарелку новую порцию, схватил запасные палочки и вернулся, галантно предложив палочки Веронике:

— Держи, не стесняйся.