Книга Город прощения, страница 126 – Лэй Ми

— Надолго?

Ай Минбо, не ответив, откинул край покрывала.

— Под кроватью лежит бейсбольная бита. И еще… – Он встал, подошел к кровати и поднял подушку – под ней оказался охотничий нож. – Если кто-то ворвется к нам домой, немедленно запри дверь и не выходи. – Он уставился в глаза дочери. – Я, мама, домработница – по крайней мере один из нас всегда будет дома с тобой. Если же он ворвется в твою комнату… – Ай Минбо взял нож, крепко сжал в руке. – Не колеблясь, бей прямо в шею, в грудь, в живот – куда угодно.

Внезапно его лицо исказилось, и он стал раз за разом совершать колющие движения.

Ай Вэнь смотрела на отца, безжалостно наносящего удары несуществующему врагу, и ей казалось, будто все вокруг постепенно окрашивается в кровавый цвет.

* * *

К вечеру неожиданно пошел дождь. В детском доме сразу поднялась суматоха. Гу Лань и няни выскочили во двор, чтобы собрать сушившееся белье, простыни и пододеяльники. Тетушка Чжао, Син Лу и дети тоже бросились помогать. Общими усилиями удалось спасти бо́льшую часть трудов. Под ворчание нянь промокшие вещи и постельные принадлежности снова замочили в тазах. Дети не могли играть во дворе – кто делал уроки в комнатах, кто прильнул к окнам, с тоской глядя на ливень, не собиравшийся заканчиваться.

Син Лу сидела у входа с озабоченным лицом. Она достала телефон, раз за разом поглядывая на него. В нерешительности почувствовала, как по ее макушке стукнуло что-то теплое. Син Лу обернулась и увидела улыбающуюся Гу Лань, протягивающую ей вареный початок кукурузы.

— О чем задумалась, девочка?

— Надеюсь, дождь кончится, – ответила Син Лу с гримасой огорчения. – Скоро опять будут пробки, боюсь опоздать на вечернюю перекличку…

— Ерунда, не волнуйся. – Гу Лань села рядом и принялась неспешно грызть кукурузу. – Я тоже не люблю дождь.

Син Лу моргнула:

— Почему?

— Дождь всегда напоминает о чем-то неприятном… – Гу Лань улыбнулась. – Ничего, это в прошлом.

Две женщины, взрослая и юная, сидели плечом к плечу у входа, ели мягкую сладкую кукурузу и смотрели на плотную пелену дождя. Ливень был сильным. Во дворе образовались лужи, большие и маленькие. Дождевые капли, падая в них, поднимали брызги. В воздухе витал запах легкой сырости. В мире не было слышно ничего, кроме монотонного шума ливня.

Закончив початок, Син Лу больше не могла усидеть на месте. Она поднялась и сказала Гу Лань:

— Мне нужно выехать пораньше. Не знаю, есть ли у тетушки Чжао лишний зонт…

— Говорю же, не волнуйся. – Гу Лань, казалось, все еще пребывала в каком-то особом настроении, и голос ее звучал задумчиво. – Я тебя отвезу.

Попрощавшись с тетушкой Чжао, Син Лу села в «Ауди» и, пристегивая ремень безопасности, смущенно сказала:

— Не хочу вас беспокоить, тетя Гу.

— Не стоит церемониться, рукой подать. – Гу Лань похлопала ее по плечу. – Кстати, почему сегодня ты не с учителем Фаном?

— Он? Поехал в город C. с дядей Тай Вэем. – Син Лу высунула язык. – И хорошо, а то он целыми днями за мной следит…

Гу Лань произнесла «а…» и замерла с поднятой рукой, а затем опустила ее. Молча заведя машину, она медленно выехала со двора и влилась в плотный поток машин на дороге.

Син Лу впервые осталась наедине с Гу Лань. Вскоре она заметила, что та не очень разговорчива – в первые пятнадцать минут пути в университет не произнесла ни слова. Син Лу не знала, не думает ли она все еще о тех «неприятных вещах», но спрашивать было неловко, и ей оставалось лишь тихо сидеть на пассажирском сиденье. Как и ожидалось, из-за ливня на дорогах были серьезные пробки. На одном перекрестке, хотя впереди горел зеленый свет, машины не двигались. Гу Лань открыла бардачок, достала из него пачку сигарет, вытащила одну и закурила. И тут вдруг спохватилась.