Книга Город прощения, страница 240 – Лэй Ми

— Черт! Даже если я названый сын Лао Гу, все равно прежде всего я полицейский! – Он яростно потер лицо. – Будь она русалкой или рыбой-лентой, если я с ней не справлюсь, то не оправдаю доверия Лао Чжао.

Фан Му уже собирался ответить, как увидел, что Тай Вэй поднял палец и указал на него:

— И ты тоже взбодрись! Мне все равно, какие у вас отношения и какая связь.

Сказав это, он развернулся и широко зашагал прочь. Фан Му, не зная, что делать, мог только побежать за ним. В этот момент он заметил, как Ми Нань бросила на него многозначительный взгляд.

* * *

Жила-была семья с двумя детьми. Су Линь – старшая дочь, Су Чжэ – младший сын. Однако порядок старшинства в семейной иерархии был полностью перевернут.

Отец Су был рабочим в погрузочно-разгрузочной бригаде завода стекловолокна, физическим тружеником без особых навыков. У матери Су не было постоянной работы, бо́льшую часть времени она занималась домашним хозяйством. В такой семье с двумя детьми материальное положение не могло быть слишком хорошим.

Отец Су находился под глубоким влиянием традиционных взглядов и настаивал на рождении мальчика для продолжения рода. Рождение Су Линь, должно быть, сильно его разочаровало. После появления Су Чжэ он отдавал сыну бо́льшую часть своей энергии и любви. Даже если Су Чжэ мог остаться только «серым ребенком», без официальной регистрации, это не останавливало его отца.

На социальном уровне Су Чжэ был невидим, но как только дело касалось семьи, ситуация с ним и Су Линь была совершенно противоположной. Все просьбы Су Чжэ родители старались выполнить. Например, покупали очень дорогие по тем временам игрушки-трансформеры. В сравнении с этим даже дешевые белые кроссовки стали для Су Линь несбыточной мечтой. В условиях такого серьезного дисбаланса в семейных отношениях застенчивая и чувствительная Су Линь постепенно взрослела. Пройдя через трудное детство, она ясно ощутила, насколько по-разному она и брат воспринимались родителями. К этому Су Линь могла лишь молча приспосабливаться и какое-то время даже считала это естественным.

Однако у нее были свои потребности и желания. Девушка-подросток, у которой, кроме школьной формы, не было ни одной личной вещи. Невзрачная внешность мешала ей признаться в чувствах тайно любимому мальчику. Не говоря уже о тех ежедневных моментах, которые постоянно заставляли ее чувствовать стыд. В любой социальной среде, где находилась Су Линь, она была незаметной, униженной, игнорируемой; ей даже не могли обеспечить базовое питание. Яичницу на двоих, упомянутую в дневнике, вероятно, готовил добрый сосед Гу Хао.

Английская пьеса «Русалочка» неожиданно разрушила все это. Су Линь с радостью приняла роль служанки, потому что это позволяло ей, согласно сюжету, смело смотреть на принца своей мечты (Ян Лэ). Однако белое платье постоянно пробуждало в ней стремление стать принцессой. Авантюрная попытка тайно примерить это платье в итоге стала спусковым крючком трагедии. В дождливую ночь, загнанная в ливневую канализацию, Су Линь пережила первую в жизни смертельную опасность.

К ее удивлению, чудовище, долго жившее в канализации, не причинило ей вреда, а, наоборот, дало еду и воду, помогло залечить раны и вернуло на поверхность. Путь домой составлял всего несколько километров. Но после пережитой радости, волнения и обиды ее встретила закрытая железная дверь. Даже тогда Су Линь все еще думала о репутации родителей – и спряталась в цветочной клумбе в ожидании семьи. Именно под этим прикрытием она узнала истинную сущность так называемой семейной любви и увидела правду этого мира. Ради регистрации брата, ради большой суммы денег старшая дочь семьи Су была молчаливо признана никогда не появлявшейся в этом мире.