Книга Тень мертвеца. Последнее дело Фан Му, страница 181 – Лэй Ми

— Куда они уехали? – спросил Фан Му.

— Не знаю, – секретарь Тянь покачал головой. – Я даже не заметил, что они уехали. Об этом мне рассказал отец Цзян Я. По его словам, перед отъездом Гоудань пришел попрощаться с Цзян Я и ребята даже расплакались.

Фан Му задумчиво кивнул и, подумав некоторое время, спросил:

— Вы еще помните, где находится дом Гоуданя?

* * *

На северо-западе Старой Лоянцунь одиноко стоял глинобитный дом, окруженный небольшим двором; в нем возвышалась яблоня, листва которой уже опала, а высохшие и почерневшие плоды были едва различимы на поросшей сорняками земле.

Фан Му обошел территорию, затем вернулся к машине, надел перчатки, а затем взял лом и направился ко входу. Железные ворота уже проржавели и покосились, а некоторые прутья и вовсе прогнили. Он приподнял железный замок и, включив фонарик, осмотрел, после чего обратился к Ми Нань:

— Есть следы вытирания пыли.

Ми Нань кивнула, достала пакет и обернула им замок, оставив открытой только дужку. Фан Му вставил лом, приложил усилие, и проржавевший замок со звуком открылся. Профайлер взял обернутый в пакет замок в руки, глубоко вздохнул, и они с Ми Нань вошли во двор.

Двор был маленьким, стоя в центре, можно было все рассмотреть. На западной стороне находился ряд кукурузных амбаров из битого кирпича и деревянных кольев, которые по большей части развалились от ветхости. А рядом с амбарами – простой ямный туалет, который также выглядел как груда битого кирпича и гнилого дерева. На восточной стороне – небольшой огород; правда, теперь уже нельзя определить, что именно было посажено, а канава за прошедшие двадцать лет практически заполнилась перегнившей листвой.

Посередине двора проходила заросшая сорняками дорожка из красного кирпича, в конце которой стоял глинобитный дом. Фан Му и Ми Нань подошли к двери и осмотрели железный замок на ней: та же ржавчина, то же отсутствие пыли.

Кто-то возвращался сюда с ключом двадцатилетней давности.

С этим замком они поступили точно так же. Деревянная дверь вскоре открылась, и Фан Му с Ми Нань вошли внутрь, светя фонариками. То место, где они находились, вероятно было гостиной, совмещенной с кухней: справа стояла плита высотой в половину человеческого роста, а на ней – большой котел, который практически сгнил. Помещение было просторным, но захламленным: повсюду валялись тряпки, цвет которых давно уже нельзя различить, и прочее барахло. Ми Нань потянула Фан Му за рукав и указала на пол. На нем образовался толстый слой пыли, и было заметно, что его подметали метлой или чем-то подобным, – предыдущий гость тщательно убирал следы.

Фан Му посмотрел на два железных замка в своих руках и с горькой улыбкой бросил их на пол. Раз уж «Огни города» додумался убрать следы, то, естественно, не стал бы так глупо оставлять отпечатки пальцев.

Это знание развязало Фан Му и Ми Нань руки. Никаких следов нет, значит, и охранять место происшествия нет необходимости. Они осмотрелись и решили начать с восточной комнаты.

Типичная спальня северо-восточной деревни: на южной стороне расположен кан, вдоль северной стены – шкаф, на котором стоят покрытые пылью термос, чайные чашки, подсвечники, винные бутылки и полпачки сигарет. На стене висит несколько рамок: снимки годовалого Гоуданя и всей семьи. Стройная и изящная женщина, выглядящая старше своих лет и с болезненным лицом. Невзрачный мужчина, чьи глаза не скрывают грубости и невежества, а в застывшем выражении лица нет ни капли тепла, только оскорбленное достоинство и гнев. Ребенок сидит на коленях матери и совершенно не походит на отца.