Книга Ящик Скиннера, страница 44 – Лэй Ми

Иными словами, Тан Чжи никак не мог находиться на месте преступления, когда оно совершалось.

* * *

— Значит, подозрения с него сняты? – Бьян Пинь подул на чайные листья, отгоняя их от края чашки, и сделал щедрый глоток.

— На мой взгляд, нет. – Фан Му покачал головой. – Он определенно в чем-то мне солгал.

Вряд ли Тан Чжи так часто ходил в лабиринт, чтобы побить собственный рекорд, иначе он вел бы записи и фиксировал время. Какую потребность может удовлетворять человек, бродя один по мрачным пыльным подземным коридорам?

— Допустим на минуту, что он действовал не один. – Бьян Пинь прикурил сигарету. – И ходил в лабиринт снова и снова, чтобы составить карту.

Фан Му растянулся на диване и зевнул.

— Я уже дал департаменту добро на проверку всех, с кем Тан Чжи контактировал в последнее время.

— Вид у тебя усталый. Может, уйдешь домой пораньше и отоспишься?

Фан Му рассмеялся, с трудом поднялся на ноги и ухватил сигарету из пачки Бьян Пиня, «Чангуа».

— Ладно. Значит, я пошел.

— Иди-иди.

В этот момент на столе зазвонил телефон. Бьян Пинь помахал рукой Фан Му и взял трубку.

Юноша кивнул и уже собрался уходить, но, когда он стоял на пороге, Бьян Пинь окликнул его. Фан Му быстро развернулся:

— Что случилось?

Выражение лица начальника потрясло его. Мгновение назад оно было спокойным и расслабленным, сейчас же его брови сдвинулись в одну суровую линию.

Он повесил трубку и как будто задумался над чем-то. Спустя мгновение поглядел на Фан Му и ровным голосом произнес:

— Люо Цзяхай сбежал из-под стражи.

Народный суд города Чанхон, лестничная площадка второго этажа.

Чжан Десянь прислонился к перилам лестницы, с непроницаемым лицом слушая судью, который обращался к нему. Судья придерживался холодного профессионального тона, но фразы, слетавшие с его уст, звучали тревожно. В их числе была и «смертная казнь».

Разговор закончился быстро; судья ушел. Чжан Десянь застыл на лестнице, словно статуя, тупо уставившись в стену перед собой. Спустя некоторое время статуя ожила, развернулась и побежала вниз по ступеням.

Через полчаса черная «Ауди» Чжан Десяня въехала на парковку следственного изолятора № 1.

Сотрудники изолятора хорошо знали адвоката и, дав ему заполнить несколько простых форм, провели его в комнату для свиданий. Чжан Десянь положил на стол свой портфель и уставился в угол комнаты, погруженный в раздумья. Несколько минут спустя охранник ввел Люо Цзяхая.

Тот выглядел измученным. На бритой голове отросла короткая щетина, придававшая ему обидное сходство с усыхающим кактусом.

Усадив заключенного на стул напротив Чжан Десяня, охранник встал в преувеличенно грозную позу у него за спиной, широко раздвинув ноги и крепко упираясь в пол обеими ступнями, а руки сложив на груди. Чжан Десянь кинул взгляд на натужно-угрожающее выражение его лица, на прапорщицкие погоны и непроизвольно улыбнулся. Затем развернулся к подзащитному. Тот встретил его взгляд и попытался изобразить ухмылку.

— Есть новости? – Люо Цзяхай спрашивал с деланым равнодушием, но голос его предательски дрогнул.

— Вердикт еще не объявили, но… – Чжан Десянь сделал глубокий вдох. – Я получил информацию от своего источника в суде, и она… обескураживающая.

— Обескураживающая? Что это значит?

Чжан Десянь опустил глаза и ничего не ответил.