Книга Клуб друзей по убийствам, страница 124 – Кэтлин Уэст

ДВ: И поскольку теперь у вас есть две дочери, которых нужно растить самостоятельно, и поскольку ваше алиби подтверждено данными сотовой связи и вашими дочерьми…

КК: Мы можем об этом забыть?

ДВ: Не совсем, но на сегодня достаточно.

27 мая 2023 года

Габриэлла натянула капюшон старой толстовки начальной школы «Форест Даун», одной из тех, что она надевала в последний день в каждом городе. Женщина, которая работала там, которая учила третьеклассников, – совсем не та, что стоит здесь сейчас. Габриэлле становилось плохо на душе. Теперь отъезд ощущался особенно ужасно. Сара из Федрезерва мертва. И не важно, был ли это несчастный случай.

В первый раз она оказалась на мосту вследствие череды событий, начавшихся одним днем после теннисной тренировки Лулы. Фотографии, кража, мост. Думала ли она тогда только об Оскаре? Или дело было в другом?

Тем днем, когда все началось, Руби занималась с онлайн-репетитором по алгебре и сидела в своей комнате. К тому моменту Габриэлла проработала няней шесть недель – достаточно, чтобы выяснить некоторые семейные секреты. Достаточно, чтобы «случайно» обнажить плечо перед Кейденом Кэмпбеллом, чтобы «нечаянно» коснуться грудью его руки, когда они заносили сумки из машины, достаточно, чтобы отправить ему первое селфи, сделанное в зеркале ванной.

Она ненавидела эту часть дела, но ей нужна была какая-то страховка для особого случая, какой-то секрет, который она могла бы раскрыть, если бы ее загнали в угол. Рассказать чьей-то жене об измене, намекнуть, что имело место домогательство. Такая история могла бы очень пригодиться.

В конце концов девочки сами обеспечили ей защиту. Габриэлла думала, что Лула в ду́ше, когда в тот день впервые зашла в спальню Сары и Кейдена и подняла с пола грязное полотенце. Ожерелье висело на подставке в гардеробной Сары, размером с иную комнату в общежитии, с несколькими стойками для обуви, туалетным столиком и богато украшенным зеркалом. Когда Габриэлла включила верхний свет, роскошная люстра отразилась и в стекле, и в металлической раме. Председатель Федрезерва хранила свои украшения справа от зеркала, на органайзерах, которые выглядели так, будто принадлежали бутику, – маленькие тканевые стержни и искусственные пальцы для колец. У Габриэллы никогда не было таких украшений. Мать обещала ей бабушкино обручальное кольцо, но его пришлось продать вместе со всем остальным, когда Оскару во второй раз понадобилась реабилитация.

Ожерелье Сары из Федрезерва покоилось на бежевом манекене-бюсте. Габриэлла провела пальцем по каждому камню. Лишь когда она убрала палец с украшения и склонила голову, пытаясь оценить размер бриллианта в центре, она осознала, что в дверном проеме стоит Лула. Габриэлла вздрогнула, отдернула руку и сунула ее в карман.

— Потрясающее, правда? – сказала Лула.

— Ну да. – Габриэлла постаралась вести себя как можно более естественно. Она пришла в гардеробную не для того, чтобы смотреть на ожерелье. Она здесь, чтобы собрать грязные полотенца и забрать одежду из корзины в углу, даже если раньше не стирала вещи Сары. – Никогда не видела такой гардеробной. Разве что по телевизору.

Габриэлла планировала щелкнуть выключателем, выйти в коридор и запустить стиральную машину. Лула перегородила дверь.