Книга Вы заказывали убийство…, страница 83 – Станислав Гурин

Мощный взрыв и столб огня подняли в воздух рафик, и на то место, где он только что был, и дальше, по инерции, переворачиваясь и планируя, падали куски металла и человеческих тел.

И теперь уж никто никогда не узнает истории немецкого летчика Гюнтера Келлермана, ради несметных сокровищ поменявшегося ролями с русским пленным учителем Николаем Фомичом Рубашкиным и репатриированного в Советский Союз, отсидевшего нежданно-негаданно десять лет лагерей и так и не нашедшего своего счастья…

На шоссе образовалась пробка, вплотную к Емеле втерлась черная «Волга». Почувствовав на себе взгляд, он повернулся и увидел в соседней машине девушку. Она жевала резинку и смотрела на него безучастными, ничего не выражающими глазами, и тем не менее он почувствовал, что она узнала его. Улучив момент, она плюнула резинкой в лицо Емели и хотела закрыть окно, но не успела – смачный плевок Емели угодил ей в нос! И тут появилась возможность вырваться из пробки, и Емеля воспользовался ею. Объезжая горящие обломки, слегка притормозил и посмотрел на них… «Что-то не так сработало, и вышло все наоборот», – подумал он и нажал на газ. Зато теперь его друг спокойно мог жить в своем доме, спокойно летать и ни о чем не беспокоиться. И теперь-то самое время передать все «случайно» полученные материалы следователям «Ятагана».

Самолет набрал высоту. Погода была прекрасная, командир включил автопилот. В пилотской кабине на пару минут собрался дружный экипаж, семь старых, давно знакомых друг с другом мужиков и девушек, и один новенький – молодой штурман Григорий Федорович Стрелков. Внутренние переговорные устройства были отключены. На столах радиста и штурмана тесно стояли восемь хрустальных рюмок с водкой и восемь бутербродов с икрой.

Командир снял радиогарнитуру, повернулся к публике и широко, счастливо улыбнулся.

— Поздравьте нас… – сказал он и надел на руку Ксении обручальное кольцо. Он поцеловал ее трижды, и все тихонько крикнули:

— Горько!

Через минуту магнитофоны и переговорники были включены, все исполняли свои штатные обязанности.

Самолет пролетал над озером Холодное. С высоты десяти километров оно действительно напоминало ятаган, кривой турецкий нож.

Как незаметно и быстро при всеобщем ликовании и азартном, словно самим дьяволом управляемом, участии огромных масс людей все смешалось, расшаталось и рухнуло в нашем, казалось, на тысячелетия построенном доме!

Когда за пачку бумажек – денег! – умещающихся порой на одной ладони, кто-то мог купить металлургический завод или химический комбинат, чтобы тут же, став хозяином, уволить всех людей или остановить производство, когда другой – чаще всего – защитник Отечества, генерал! – мог продать не принадлежащие лично ему танки и самолеты, а деньги положить в свой карман, а еще более ловкий третий ни с того ни с сего становился владельцем крупнейших нефтяных месторождений, открытых и освоенных не одним поколением героев, и, как следствие, почти автоматически, управителем или соуправителем страны!

…когда тысячи и тысячи умных, образованных людей – словно затмение на них нашло! – плюнули на землю и могилы предков и отхлынули строить свое счастье в чужих краях…

…когда сворачивалось сельскохозяйственное производство, останавливались заводы, объявлялись лишними и ненужными исследовательские работы и стратегические научные направления и десятки миллионов людей фактически лишались средств к существованию, а западные стратеги, умиленные и довольные развитием российской демократии, стали давать миллиардные кредиты на закупку обнищавшей вмиг Россией продовольствия из их же стран!.. и закружились головы от сверхобилия закордонного алкоголя и табака в красивейших упаковках, экзотических, дотоле невиданных фруктов, шипучих напитков, жвачек, конфет и окорочков!..