Книга Проклятие куклы в пионерском галстуке, страница 49 – Елена Булганова, Ольга Кудрявцева

Рита только головой покачала от всех этих странностей. Она пошла к выходу из столовой – хотела подождать на пороге, пока доест ее напарница, нужно было сгладить назревший между ними конфликт.

Едва она вышла, рядом образовался Кирилл с раздувшимися карманами шортов, наскоро вытирающий рукавом улыбающийся рот.

— Рита Николаевна!

— Чего тебе? – вздохнула девушка.

— Я хотел спросить: вы будете прорабатывать меня перед отрядом?

Его безмятежное выражение лица сменилось некоторой тревогой.

— Прорабатывать? – Рита задумалась. – Возможно. Вообще-то, Феликс Львович хотел заняться тобой еще на линейке, но, видимо, перенес серьезный разговор на вечер.

— Нет, – замотал головой Кирилл; заправленные за уши волосы вырвались на свободу, хлестнули его по щекам. – Он не станет говорить об этом, потому что я попросил у него прощения. И у повара попросил. Он хороший дядька оказался, обещал помочь мне с пропитанием для Огонька. Если надо, я и перед вами извинюсь.

Он застыл с выжидательной миной на лице.

— Зачем тебе все это нужно, Мальцев?

— Как это зачем?

— Ну, ведь тебе не привыкать к неприятностям, верно? Ты бы спокойно пережил разнос на линейке, тебе бы это легче далось, чем бегать и извиняться. Но ты все же извинился. Почему?

Мальчик отвернулся и звучно, с подвыванием вздохнул.

— Молчишь? Ладно, скажу за тебя: в нашем отряде есть человек, которому ты пообещал стать самым лучшим пионером в этом лагере. И ты не хочешь, чтобы она… то есть этот человек узнал, что первый блин у тебя вышел комом. Все так?

Неопределенное подергивание острыми плечами.

— Ладно, можешь быть спокоен, в отряде разговора не будет. Меня волнует другое. Ты знаешь, кто привез в лагерь куклу, возможно даже не одну, а несколько похожих, и кто устраивает все эти дикие розыгрыши?

Кирилл тут же развернулся, глянул ей прямо в глаза, медленно покачал головой, потом горячо выдохнул:

— Но я узнаю, кто это творит. Обязательно узнаю. И превращу его в фарш для Огонька, вот увидите, Рита Николаевна!

Сказал – и сиганул с высокого порога, прежде чем Осипова закляла его не делать этого.

После утренних потрясений потянулся обычный день в пионерском лагере – суматошный, по-летнему жаркий, шумный. Нужно было готовиться к конкурсу художественной самодеятельности, писать сценарий, чем Рита и занялась во время тихого часа.

На деле же она просто сидела над чистым тетрадным листом, вздыхала, тосковала и вспоминала институтские наработки. Злилась на Анну, испарившуюся в неизвестном направлении во время обеда. Пыталась не думать об утреннем происшествии. Волновалась за Мальцева – если он возьмет моду бродить ночами по лагерю, хотя бы навещать своего Огонька, то может оказаться в опасности. Уже сегодня ночью повезло, что он не столкнулся с тем, кто подвесил куклу на перекладину качели.

Вот только кто это был? Взрослый или ребенок? Что стоит за этим, жутковатый розыгрыш или злодейский замысел? Девушка не смогла бы сказать, какой вариант ее пугает больше.

Спустя полчаса бесполезного высиживания она оторвала глаза от пустого листа и вздрогнула – в дверях стояла Рейновна и глядела на нее в упор. Странно так смотрела, недобро, отчасти испуганно. Встретившись глазами с Ритой, она быстро-быстро заморгала и помотала растрепанной головой.