Книга Темная сторона равновесия, страница 33 – Ксения Солар

Марина откинулась в кресле. В её взгляде читалось одно: он переступил черту.

— Ты следишь за мной, Громов?

— Я слежу за порядком, — ответил он без вызова, констатируя факт. — Наставник доверил тебе вести дела. Он не доверял тебе набирать новых людей без доклада.

Артур, чувствуя, что теряет нитку, попытался вклиниться:

— Громов, я не понимаю, при чём тут ты. Это мои переговоры. Марина и я обсуждаем партнёрство. Если у тебя есть к Марине вопросы — ты можешь подождать в коридоре.

Виктор, не спеша, почти лениво, повернул голову к Артуру. Тот разом оборвал фразу и сглотнул.

— Твои переговоры, — повторил Виктор. — Расскажи мне, Артур, о своих переговорах. Ты пришёл к Марине с чем? С обещанием?

— С предложением, — Артур выпрямился. — Партнёрство. Масштаб, который ты, Громов, вряд ли можешь оценить. Это уровень, где решаются не уличные вопросы, а реальные финансовые потоки.

— Реальные финансовые потоки, — Виктор повторил это с интонацией, с которой повторяют детскую ложь. — И ты привёл сюда свою невесту, чтобы она эти потоки считала?

Артур побагровел.

— Ева — мой человек. Мой аудитор. Могу я напомнить, Громов, что ты на этой стороне стола не сидишь? Ты пришёл без приглашения, врываешься в чужой разговор и думаешь, что тебе здесь рады?

— Я не думаю, что мне здесь рады, — Виктор впервые за разговор чуть улыбнулся. — Я знаю, что без меня тут не обойтись.

Воронцова молчала. Она сидела неподвижно, сложив руки, и наблюдала за двумя мужчинами, как зритель. Между Мариной и Виктором возникло напряжение, которое существовало задолго до его прихода и не имело к Артуру никакого отношения. Они не просто не любили друг друга — они делили то, что нельзя было поделить. Марина рвалась в наследницы. Виктор стоял поперёк пути. Их битва шла за близость к тому, чьё имя здесь не называли.

— Виктор, — наконец произнесла она, — ты забываешься. Ты не Наставник. Ты не его голос. Ты — исполнитель. Приходишь, уходишь, делаешь, что скажут. А решаю здесь я.

Виктор не отвёл глаз.

— Ты решаешь, Марина. Но решаешь за Наставника или за себя?

Удар пришёлся точно в цель. Марина побледнела, а её губы превратились в тонкую жёсткую линию. Артур не сообразил, что произошло, но почувствовал, как атмосфера в комнате стала тяжёлой.

— Уходи, Виктор, — сказала Воронцова тихо. — Вернёшься, когда у тебя будет повод.

— Я уйду, — Виктор встал. Движение было спокойным, неспешным. — Но прежде — одно.

Он повернулся к Артуру и прямо посмотрел на него.

— Артур, ты пришёл сюда с партнёрством. Красивая рубашка, красивые слова. Но скажи мне вот что: ты когда-нибудь был в ситуации, где от твоего ответа зависит не контракт, а чья-то жизнь?

Артур моргнул.

— Ты к чему это, Громов?

— Ни к чему, — Виктор чуть пожал плечами. — Просто хочу понять, на чём ты строишь партнёрство. На деньгах? На связях? На том, что умеешь красиво говорить?

Артур побагровел, подался вперёд:

— Ты не в том положении, чтобы меня экзаменовать, Громов. Ты сам-то кто? Пришёл без зова, врываешься в чужой разговор, рассказываешь про какие-то жизни. Ты боевик, Виктор. Тебя зовут, когда нужно кого-то напугать. А здесь сидят люди, которые решают вопросы.

— Вот именно, — Виктор кивнул. — Решают. А ты — пришёл попросить. Разница есть?

Артур открыл рот и закрыл. Он хотел что-то еще сказать, но слова застряли в горле. Руки под столом сжались в кулаки так, что побелели костяшки. Виктор повернулся к Марине.