Книга Царь Скорбь, страница 313 – Джо Хилл

— То есть решила разузнать, как там мои дела, втихаря, у меня за спиной?

— Ну, это, по-моему, уже паранойя в чистом виде. И вообще, я же Элли писала – с чего теперь вдруг ты на меня орешь?

— С того, что она телефон сразу мне принесла. Потому что не предательница какая-нибудь, ясно? А слежки я не потерплю. Ни от правительства США, ни от других правительств, ни от Совета Безопасности ООН, ни от «Большой семерки», ни от миллиардеров, каждый год собирающихся в Давосе мир на ломти делить, ни от тебя. Хочешь узнать, что Царь Скорбь собирается делать дальше? Газету утром на Пасху купи и читай.

С этим Донна дала отбой, даже не попрощавшись.

Но Элли все-таки кое-что рассказала. Вечером накануне пасхального утра Гвен получила эсэмэску, три слова:

«Франсин Траут. Признание».

Едва успевшая переодеться в старенький синий махровый халат отца да собрать волосы в хвост на затылке, Гвен сразу же врубила «Делл» – еще один рождественский презент от Колина, постоянно снабжавшего друзей свежайшими техническими новинками, – и прикрыла глаза, вслушиваясь в скрипучие визги модема. Дождавшись соединения, она запустила поисковик «Яху» и набрала в строке поиска: «франсин траут признание».

Об этой истории писали и «Бостон глоуб», и «Майами геральд», и участники форума под названием «За-Мной-Висяк». Статьи из «Глоуб» и «Геральд» прочесть полностью не удалось – полная версия предоставлялась только по платной подписке, а датировались они августом две тысячи первого. Та, что из «Геральд», называлась «Новый след в деле о похищении двадцатилетней давности», а заголовок в «Глоуб» гласил: «Признание, внушающее сомнения и любопытство».

Однако читать статьи целиком, чтобы добраться до сути, Гвен не потребовалось: все разложили по полочкам посетители «За-Мной-Висяк», настоящего криминального форума с ветками, посвященными сотням нераскрытых уголовных дел… включая дело о похищении, вероятном изнасиловании и убийстве малышки Кэди Льюис, украденной со двора перед домом подруги. Подруги, впоследствии выросшей в безбашенную радиосмутьянку Донну Макбрайд.

За чтением о Кэди Льюис Гвен одолела печаль… печаль, принесшая с собой кое-какую ясность. Теперь-то она – впервые в жизни! – действительно понимала ярость подруги, Донны. Да, Кэди Льюис, так скверно расставшуюся с не успевшей начаться жизнью, ей было жаль. Однако горести Кэди так или иначе закончились. Куда сильнее Гвен жалела Донну. Донну, которой до конца дней не поквитаться с миром, снова и снова отнимающим у нее хороших людей, губящим их у нее на глазах. Ярилась Донна вовсе не из-за ненависти – из-за любви.

Гостившую у Донны Кэди похитили в начале лета тысяча девятьсот семьдесят седьмого года. Какой-то человек сказал Кэди Льюис, что ее собака попала под машину, а его попросили съездить за Кэди. Единственная живая свидетельница, сама Донна, уверяла, что рядом с ним, на пассажирском месте, сидел еще кто-то, хотя разглядеть пассажира под таким углом зрения никак не могла. Мало этого, ее описание человека, сидевшего за рулем, с годами петляло из стороны в сторону, что навлекло на Донну немало насмешек со стороны писавших в ветке о Кэди Льюис форумчан. Девчонкой Донна говорила, что видела левую руку водителя, свисавшую наружу из открытого окна машины, и отметила густой темный загар. Позднее, пересмотрев показания, она предположила, что водитель мог оказаться черным, а еще позже объявила его латиноамериканцем.