Книга Увы, моей любви нет меры, нет предела, страница 31 – Екатерина Бакулина

Когда голоса отбывающих гостей совсем стихли, а шум усадебных карет растворился в ночной прохладе, лакеи постепенно принялись тушить восковые свечи, убирать пустые бокалы и приводить гостиную в привычное для нее состояние. Желая проследить за происходящим, Екатерина вдруг вновь оказалась на подмостках, чувствуя, как адреналин покидает ее, сменяясь свинцовой усталостью. Свечей почти не осталось, и жестяная рампа лишь слегка освещала погружавшуюся в сумерки гостиную, отбрасывая длинные тени на шпалеру Авериных, все еще украшающую сцену.

— Должна признать, вы были просто великолепны, — сказала она в пустоту, зная, что Илья Аверин еще не покинул усадьбы.

Медленно он показался из полуоткрытых дверей гримерной, неловко сжимая свой цилиндр. Усталость сказалась и на нем, закладывая пару глубоких теней под глазами. Его триумф постепенно сменился на грусть, и он прекрасно понимал причину этой перемены. Илья намеренно не вышел к жене, просто потому что был не в силах вновь выслушивать ее постоянные уколы. Он знал, что, безусловно, заслуживал такого отношения, но все чаще предпочитал закрывать на это глаза, следуя за порывами, к которым подталкивало сердце.

— То же самое могу сказать и о вас. Роль Селимены вам невероятно к лицу, — тихо проговорил он, останавливаясь рядом со сценой и кладя цилиндр на стоящий рядом стул.

Пару мгновений они просто смотрели друг на друга, совершенно не в силах что-либо говорить. Екатерина еще раз обошла сцену, желая навсегда сохранить это мгновение в памяти. Илья молча наблюдал за ней, отмечая, что, несмотря на такой долгий день, она не растеряла присущую ей грациозность.

— Петра Ивановича не было в зале… Неужели ему все равно? — он нарушил молчание, помогая Екатерине спуститься.

Она ответила не сразу. Ей было неловко распространяться о своих проблемах, но, поразмыслив пару мгновений, она решила довериться своей интуиции, которая довольно редко ее подводила.

— Мы повздорили прямо перед спектаклем, — тихо ответила она, опираясь на руку Ильи, чтобы не споткнуться. — Все дело в письме… под которым, кстати, стоит ваша подпись.

Илья неохотно отпустил ее руку, не ожидая, что именно это письмо послужило причиной для ссоры. Он сразу понял, о чем идет речь, ведь сам совсем недавно получил копию той самой дуэльной картели, которая предоставила ему возможность впервые познакомиться с Петром Спицыным. История была действительно давняя, но события того дня были до того свежи в его памяти, что ему не составляло труда восстановить всё произошедшее по секундам.

— Вы говорите о картели? Столько лет прошло… Я и не думал, что когда-нибудь снова увижу этот злополучный документ, — сказал Илья, внимательно разглядывая Екатерину.

— Так в чем же причина? Петр Иванович не счел нужным просветить меня, — нетерпеливо проговорила она.

Не видя причины скрывать эту информацию от Екатерины, Илья слабо улыбнулся, стараясь привести мысли в порядок.

— Дело в том, что двадцать лет назад Петр Иванович состоял в весьма щекотливых отношениях с супругой Владимира Герасимова и, узнав об этом, он вызвал его на дуэль, желая защитить свою честь, — начал Илья, погружаясь в свои воспоминания. — Софья Герасимова приходилась мне дальней родственницей, и поэтому ее муж попросил меня быть его секундантом.