Книга Битва темных душ, страница 113 – Вероника Фокс

— Юноша, — произнесла мадам Марфель, не сводя с него взгляда, — я живу на этой земле достаточно долго, чтобы знать вещи, о которых молодые предпочитают не задумываться.

— Но всё же… — Надин не собирался сдаваться, его глаза горели упрямым огнём. — Быть может, вы поведаете нам, почему так уверены, что у нас ничего не выйдет?

— Мадам Марфель права, — вступился за неё Филипп. — Нам не уничтожить осколки душ поодиночке. Для этого нужна сила иного порядка.

— Если бы Аврора не была так уверена в своих словах, она не стала бы созывать нас, — парировал Торен, глядя прямо на меня, будто одним этим взглядом пытался подпереть рушащуюся стену моей уверенности.

Зал стремительно наполнился спорами. Голоса накладывались друг на друга, резкие и взволнованные, кто-то жестикулировал, кто-то наклонялся вперёд, словно хотел силой убеждения переломить чужое мнение. Мои союзники разделились на два лагеря: одни верили, что мы справимся, другие не видели в этом ни смысла, ни шанса.

Гул нарастал, становился всё плотнее, тяжелее, будто сам воздух в зале густел от напряжения. Он давил на виски, проникал под кожу, и вскоре у меня начала ныть голова. Я должна была озвучить свою идею — чего бы мне это ни стоило. Напряжение в зале накалялось, голоса сталкивались, и казалось, что ещё немного — и мы растеряем остатки единства. Но когда спор достиг той точки, где слова уже не несли смысла, а лишь множили сомнения, я резко, почти до хрипоты, повысила голос:

— Чем дольше мы спорим, тем крепче становится Бруно!

Слова ударили по залу, как раскат грома, — и все разом замолчали. В этой внезапной тишине стало слышно даже, как где-то в дальнем углу тихо скрипнула ножка стула.

— Если вы не готовы к этой битве, — проговорила я уже спокойнее, но с той же стальной твёрдостью, — тогда это последний шанс уйти. Я пойму. Правда.

Я медленно обвела взглядом всех до единого — от напряжённого лица Надина до сдержанно-сурового профиля мадам Марфель, от серьезного лица Раума до едва заметного кивка Торена.

Никто не встал. Никто не произнёс ни слова протеста, не потянулся к двери.

И от этого на мгновение стало легче — не потому, что страх исчез, а потому, что я поняла: они остаются. Они верят, что: вместе у нас есть хотя бы шанс.

— Хорошо, — сказала я наконец, опершись о край стола, чтобы скрыть лёгкую дрожь в пальцах. — Вам нужно будет разбиться на группы. Никто из вас в одиночку не сможет уничтожить осколок души — это правда.

— И что же ты предлагаешь нам делать? — спросил кто-то из глубины зала, и голоса вновь притихли, прислушиваясь.

— Всё очень просто, — я выпрямилась, стараясь вложить в слова уверенность, которой пока не хватало сердцу. — Начнём с ведьмы Агнес. Она хитрая и сильная — я видела её в бою. Если устранить её первой, остальных будет проще одолеть.

— Ну хорошо, — проговорил Филипп, тоже облокотившись на стол. — Пока ты расправляешься с Агнес, что делать нам?

— Вы начнёте бой поочерёдно. Как только я разделаюсь с Агнес, перенесусь к вам. Будем действовать по нарастающей.

Мадам Марфель фыркнула, и в этом звуке слышалось не пренебрежение, а жёсткая, отточенная годами осторожность.

— Мощный всплеск магии привлечёт внимание Бруно. Он тут же поймёт, где мы.

— Я это учла, — парировала я, наклоняясь над картой и водя пальцем по изломанным линиям Йертсена. — Ивви уже показала точные координаты. Все рыцари находятся в разных местах — достаточно далеко друг от друга, чтобы их нельзя было связать в единую цепь. Мы ударим по ним неожиданно.