Книга Королевство остывших морей, страница 153 – Вероника Фокс

Я не вижу перед собой письма – из глаз льются слезы. Мне больно от осознания того, что мои родители, скорее всего, еще живы. Из конверта падает магическая карточка, на которой фотография. Отец. Я. И мама. Мы все стоим в отдельных рамочках. Ни подписи. Ни даты. Только замечаю, что моя фотография совершенно свежая. Я смутно помню, когда меня фотографировал отец. Вроде бы перед тем, как отправить в академию. Он сказал «это на память». Я еще тогда усмехнулась и сказала: «Но ты же будешь меня навещать?»

Осознаю, что это единственное, что всплыло ярким пятном из прошлого. Больше ничего. И от этого становится больней. Меня скручивает, как улитку. Мне больно. Обидно. Я еще раз перечитываю письмо отца. Буквы расплываются перед глазами, а слезы капают на бумагу, оставляя после себя мокрые круги. Мне хочется кричать, но я лишь издаю глухой звук, похожий на шипение. Сколько я сижу и роняю слезы – не знаю. Мне не хочется думать о том, что могу упустить что-то важное. Собираю последние силы в кулак и телепортируюсь в свою комнату.

Приземляюсь на кровать и откидываюсь на подушку. Клинки подлетают и пытаются выяснить, что случилось. Я даже не заметила, что в комнате Сара. Она резко подходит ко мне и говорит:

— Рори, что случилось?

Я не могу ответить. Руки трясутся, а от истерики кажется, что воздуха не хватает в легких. Словно их заполнили водой.

— Рори, милая, – беспокойно говорит Сара и обнимает меня. Я плачу. Глаза щиплет от слез, которые катятся водопадом по моим щекам. Мне плохо. Меня тошнит, знобит, и я чувствую злость.

— Ну тихо, тихо, – лепечет Сара, убаюкивая меня. Через какое-то время я успокаиваюсь. Подруга отстраняется от меня и берет из рук письма.

— Это что такое? – спрашивает она и начинает читать.

— Аврора! – восклицает Сара. – Это…

— Да. В комнате душно, отчего я взмахом руки открываю настежь окно. Сара удивленно смотрит на меня, будто бы ни разу не видела, как я владею телекинезом, потом утыкается обратно в листок с письмом. Я хватаю ртом воздух, будто бы вот-вот задохнусь. Стараюсь вытирать слезы, которые щиплют глаза.

— Это правда? – восклицает Сара. Ее голос на несколько октав выше, чем обычно.

— Да.

— Откуда это у тебя?

— Раум принес. Он пытался со мной поговорить, но я прогнала его… А потом…. Он… оставил… эти письма…

— Подожди, у меня где-то завалялся белокудренник черный, подожди!

Сара резко встает с кровати и идет к своему столику. Что-то долго ищет и достает маленький бутылек черного цвета. Разворачивается и подходит ко мне.

— На, выпей, тебе полегчает, – с улыбкой говорит она.

— Что это?

— Зелье «Дыхание тишины», мы с тобой его вместе варили, помнишь?

Мотаю головой из стороны в сторону, чувствую приступ тошноты. Голова зверски раскалывается, а метка чешется.

В горле пересохло. Я понимаю, что Сара не отстанет. Она буравит меня взглядом, заставляя выпить успокоительное. Дрожащей рукой беру у нее бутылку, запрокидываю голову и выпиваю зелье.

Сладкий, немного похожий на вкус малины. Облизываю губы и отдаю Саре бутылек.

— Вот так-то лучше, – она берет меня за руки. – Десять минут, и ты будешь как новенькая!

— Я точно не отравлюсь?

— Ну если только я не тот флакончик вытащила!

Мне хочется рассмеяться от ее шутки, однако у меня нет сил. Зелье «Дыхание тишины» оставляет приятное послевкусие мяты.