Книга Поймать ускользающую. Неуловимая попаданка для Мастера, страница 50 – Екатерина Богданова

— Эх, девочка, что ж ты сразу-то не рассказала всё? — посетовал он. — А теперь мне что с тобой делать? Не руку же пилить.

— Что⁈ — округлила я глаза.

— Тихо ты, думаю я. Не отвлекай. Думаешь, с расщеплённым сознанием легко думать-то? Сложно это, дорогуша. Тяжело.

Проговаривая всё это, он уселся на скамейку, и меня за собой потянул, вынуждая сесть.

— Вот смотри, если я тебя сейчас так заберу, он найдёт по браслету. Верно? Ага. А если без браслета к себе потащу, там тебя Астар к рукам приберёт. И что мне с тобой делать-то, а?

Он бормотал, почёсывая заросший многодневной, слегка седоватой щетиной подбородок и продолжая крепко держать меня за запястье. А я уже с обидой поглядывала на браслет на другом запястье.

Ну и? Мы работать вообще собираемся? А как же защита? Как же вжух и я у Мастера на руках? Когда не надо, так пожалуйста, а когда вот прям самое время, так ничего? Обидно!

— Простите, может вы обознались? — осторожно спросила я.

— Совсем голову задурили, — недовольно поджал губы этот сомнительный тип.

— Извините, но сейчас вы мне… голову дурите, — проговорила я как можно более миролюбиво, потому что откровенно опасалась этого человека. — Отпустите меня, пожалуйста. Сейчас вернётся моя наставница.

— Не вернётся, — отмахнулся он. — Я её отвлёк. Но вот не думал, что тебе память подправили. И ведь чувствовал же, что что-то не так. Не похожа ты на обычную содержанку. Но устал, надоело всё, расслабился.

— Я вас не понимаю, — осторожно напомнила о себе я.

Напомнила о себе это потому, что он казался совершенно безумным человеком, который сам с собой разговаривает, и никого вокруг не замечает. И, видимо, я оказалась не далека от истины.

Услышав меня, он вздрогнул, помотал головой, уставился сначала на мою руку, которую держал, потом перевёл взгляд на вторую, с браслетом, и вдруг улыбнулся.

— Точно! — обрадовался этот странный, похожий на статую тип. — Забрать тебя сейчас будет глупо. Останешься с ними. С браслетом ты у них пока в относительной безопасности. Вот только память бы тебе вернуть…

— Она вернётся сама, — зачем-то сообщила я.

На меня недоверчиво посмотрели, потом кивнули каким-то своим мыслям и заявили:

— Может и так. И вот на этот случай, если вернётся, ты меня позови.

И мне протянули кривой, оборванный клочок серой, какой-то замызганной тряпицы размером с ладонь. Принимать столь сомнительный подарок не было никакого желания. Как и продолжать общение с этим типом. Это же наверняка какой-то городской сумасшедший! Нашёл во мне жертву своих больных фантазий и вот теперь устраивает «заговоры».

— Бери, — пихнул он мне в руку тряпицу. — Как вспомнишь всё, сожги. И я за тобой приду.

Взяла, чтобы только отвязался.

— И запомни, всё не так, как кажется, — напоследок заявил этот странный человек.

После чего встал, покачал головой и медленно побрёл по краю площади, держась тёмных, не освещённых участков. Прислушавшись, уловила бормотание. Он продолжал разговаривать сам с собой. Причём его речь то срывалась на какую-то корявую, грубую, то становилась чистой и начинала изобиловать словами, не свойственными бандитам и бродягам.

Я и сама не заметала, как пошла за ним, прислушиваясь к бормотанию. Но, как ни старалась, связного смысла так и не уловила.

А потом меня догнала Кэр, пожурила за то, что я её не дождалась, и повела в сторону академии, на ходу рассказывая, что её отвлекло. Оказывается, это вовсе не человек кричал, а зачарованная птица.