Книга Академия Хроноса, страница 22 – Екатерина Богданова

— Да нечего мне рассказывать, — пожала плечами. — Я и есть обычная невольница.

— Ну-ну. Посмотрим, — не поверила Кико.

— А что произошло с тем парнем в столовой? Он пострадал от огня? — сменила я тему.

— Пострадал от огня⁈ — рассмеялась кикимора. — Да он и есть огонь! Наш Саламандрик — представитель гордой расы огненных драконов. Только ты его видела. В семье, как говорится, не без урода. Саламандрик — последыш, появился на несколько десятилетий позже своих братьев и сестер, вот и получился такой неказистый… пока не разозлят. Я как-то довела его на физзанятиях, и он обратился полностью. Краси-и-ивый. Ярко-оранжевый, горячий и шипы длиной с руку, — гордо поведала она.

— Зачем ты так с ним? — спросила я, не понимая жестокости кикиморы. Она получала удовольствие от издевательств над другими, над теми, кто слабее, пусть и не телом, и не может достойно ответить.

— Да ты что⁈ Это же любимое развлечение всех студентов. Нас же головастиками не корми, дай друг друга подоводить, — развеселилась соседка. — Так что готовься и вливайся в дружный процесс взаимоиздевательства. Только к «красным» не советую соваться. Они любую попытку шалости в свой адрес жестко пресекают, порой даже с последующим отдыхом в лазарете. Хотя сами пошалить любят. А вот над «белыми» подшутить — сплошное удовольствие. Все равно из-за задранных носов ничего вокруг не замечают, пока не вляпаются в самый эпицентр шалости. Только попадаться им нельзя, из академии отчислить могут.

— А как вы развлекаетесь, когда не доводите друг друга? — поинтересовалась я, не собираясь присоединяться к излюбленному местному досугу.

— Доводим преподавателей, — заявила Кико, беря с подоконника кулек и вытряхивая из него прямо на пол несколько едва живых, слабо подергивающих лапками лягушек.

Цапля тут же оживилась и приступила к ужину.

— Ну вот, корм закончился. Пойдешь со мной ночью на болото лягушек ловить? — проговорила кикимора, отбрасывая опустевший кулек в сторону.

— А разве можно покидать территорию ночью? — спросила я, подбирая кулек и бросая его на кучу мусора.

— Нельзя, конечно. Но меня это никогда не удерживало, — гордо ответила Кико.

— Давай лучше уберем из комнаты весь этот мусор, — предложила я соседке, указывая на огромную зловонную кучу в углу.

— Зачем? Мне он не мешает, — пожала плечами кикимора.

— Ты просто объясни, куда здесь выносят мусор, и я все сделаю сама, — заверила я ее, подумав, что соседке просто лень.

— Да что ты так привязалась к этой куче? Говорю же, она не мешает. Но если так хочешь, можешь выкинуть все в коридор. Хранитель уберет, ты же его любимица, — обиженно надула щеки Кико.

— А так можно? — спросила я неуверенно.

— Не знаю, но я всегда так делаю, когда накапливается столько, что ходить мешает, — безразлично ответила девушка.

Спросить совета мне было больше не у кого, и пришлось поступить так, как посоветовала соседка, — вынести все в коридор и сложить аккуратной кучей у стены.

Кико легла на свою кровать, отвернулась к стене и не разговаривала со мной. В результате я начала чувствовать себя виноватой и не выдержала.

— Если хочешь, я пойду с тобой на болото, — проговорила я, подойдя к ней и тронув за плечо.

— Конечно, хочу! — воскликнула кикимора, вскочив с кровати и буквально повиснув у меня на шее. — Давай-ка посмотрим, что там у тебя есть из одежды, подходящее для ночной вылазки, — воодушевленно проговорила она, прекратив душить меня в объятиях.