Книга Академия Хроноса, страница 41 – Екатерина Богданова

* * *

Двумя часами ранее

— Здесь учится моя дочь, — объясняла Агуста привратнику. — Если мне нельзя пройти, то хотя бы позовите ее.

— Ничем не могу помочь, — уже в который раз отвечал мужчина. — Защита не пускает, значит, вам запрещено входить на территорию академии. А если запрещено входить, то есть причина, по которой студентку ограждают от общения с вами.

— Но это же моя дочь! Вы не имеете права! — чуть не плача возмущалась женщина.

— Я не имею права пойти против системы защиты академии, — монотонно отвечал привратник.

— Позовите ваше начальство! — потребовала Агуста.

— Вам не назначено. Если бы было назначено, то защита пропустила бы, — все так же безэмоционально проговорил мужчина.

— Да отомри же ты! — выкрикнула взволнованная нара. — Ты же человек, а не робот!

— Прошу не переходить на оскорбления неизвестными мне словами, — монотонно произнес мужчина. Подумал мгновение, наклонился к Агусте и прошептал: — Ну не могу я вас пропустить. Вы записочку напишите, я передам. А там пусть ваша дочь уже сама с ректором разбирается.

— Спасибо. Спасибо вам, — прошептала женщина, доставая из сумки листок и карандаш.

Она быстро написала несколько предложений крупными буквами, свернула листок и протянула его привратнику со словами:

— Юнила Нарисо. Ее только вчера привели. Пожалуйста, передайте. Она не привыкла без меня, боится, наверное, всего.

— Передам, — пообещал привратник. — Ступайте, пока вахтенные не пришли.

Не успела Агуста скрыться из вида, как к привратнику подошел высокий зеленоглазый оборотень.

— Милейший, вы в курсе, что передавать студентам послания от кого бы то ни было строжайше запрещено? — поинтересовался наро Громиро, сверля служащего неприязненным взглядом. Рэндом Громиро, будучи истинным сыном своего отца, первого военного министра, не терпел нарушения устава, о чем всем служащим академии было прекрасно известно.

Привратник склонил голову и молча протянул вахтенному переданную взволнованной матерью записку.

— На первый раз прощаю, — произнес Рэндом, прочитав имя адресата на свернутом листке.

— Благодарю. Больше не повторится, — покорно ответил привратник.

Военных опасались все, а оборотней-военных тем более.

* * *

Ночью мне снились алгоритмы построения векторов путешествий на короткие временные промежутки. Смысл которых мне был ясен, но только в теории. Книги не могли дать практических умений, а учитывая тот факт, что я совершенно не чувствовала в себе сил, необходимых для применения этих алгоритмов, использовать полученные столь легким путем знания я не могла.

Проснувшись раньше Кико, я решила продолжить образование, пока не закончилось действие микстуры, и, подкравшись к кровати соседки, осторожно вытащила из-под нее несколько книг. Спустя полчаса я уже знала наизусть историю Амнистании и всего мира, который одни историки называли просто Асгаран, другие же использовали более витиеватое название — перекресток путей. Однако перекрестком Асгаран именовали только теологи, утверждавшие, что этот мир является неким ядром, объединяющим вокруг себя множество других измерений. И я была полностью согласна с этой теорией, ведь мы с мамой попали сюда именно из другого измерения.

Следующими на очереди были география и точные науки, в понимании которых у меня возникли некоторые проблемы даже под воздействием микстуры Обрино.