Книга Семь писем до свадьбы с Чёрным канцлером, страница 132 – Алекс Скай

— Утверждает, что уже дважды выделяла время в расписании.

— Мы не просили.

— Я сказал то же.

— И?

— Она посоветовала мне перестать быть неблагодарным.

— Разумно.

— Вы на её стороне?

— В этом вопросе — возможно.

Кайр посмотрел.

— Это предложение?

— Нет.

— Жаль.

Я засмеялась.

— Вы хотите, чтобы предложение сделала я?

— После всего, что происходило с нашими свадьбами, я готов рассмотреть любые варианты.

— Я подумаю.

— Опасная фраза.

— Живите с ней.

— Планирую.

* * *

Оставалась последняя тайна. Не король. Не Марек. Не Книга Короны. Семь писем. Я откладывала возвращение в комнату письмен почти два месяца. Не из страха. Именно это говорила себе. Сначала действительно не хватало времени. Нужно было разбирать скрытый реестр, восстанавливать дела женщин, запускать Свободный архив, проверять каждое изменение в государственной системе хранения.

Потом времени стало достаточно. И я всё равно не шла. Кайр заметил. Разумеется. Однажды вечером он спросил:

— Сколько ещё будете делать вид, что забыли?

— О чём?

— Плохая попытка.

— Я устала.

— Именно поэтому ложь неубедительна.

Я закрыла книгу, которую читала.

— Не хочу снова получать письма.

— Вы говорили, чистых листов не осталось.

— Там тысячи записей на стенах.

— Вы хотите понять.

Это не был вопрос.

— Да.

— Тогда идите.

— Очень легко сказать.

— Я могу пойти с вами.

Я подумала.

— Нет.

— Хорошо.

И всё. Никакого «это опасно». Никакого «я не позволю». Я почувствовала одновременно благодарность и раздражение.

— Вы специально?

— Что?

— Так легко соглашаетесь, чтобы мне стало стыдно бояться?

— Нет.

— Точно?

— Лиара, если хотите бояться ещё месяц, это тоже ваше решение.

— Вот теперь специально.

Он улыбнулся. На следующий день я пошла. Одна.

* * *

Комната письмен не изменилась. Круглые стены. Каменный стол. Тысячи слоёв, невидимых обычному глазу. Только чистых листов действительно не было. Седьмой стал последним. Я закрыла дверь. Положила на стол копии всех писем. Первое. Список женщин и скрытая строка. Второе. Комната семнадцать. Третье. Мост. Четвёртое. Смерть короля на свадьбе. Пятое. Убийца во дворце. Шестое.

Ворон. Седьмое. Убей до полуночи. До сих пор мы считали, что их отправила одна будущая Лиара. Я. Только старше. Знающая всю историю целиком. Но это не объясняло главного. Почему я так плохо помогала самой себе? Если будущая я знала, что Кайр не убийца, зачем писала «не верь канцлеру»?

Если знала, что поцелуй на мосту приведёт нас туда через попытку кражи, зачем сообщала о поцелуе, а не о людях, которые устроят погоню? Если понимала схему Книги, почему не написала сразу имя Аларика и Марека? Если знала смысл седьмого письма, почему не написала:

Уничтожь титул Чёрного канцлера?

Ответ «потому что прошлое нельзя менять слишком сильно» больше не устраивал. Мы уже меняли. Красная лента доказала. И тогда же произошло то, что я всё время недооценивала. Я получила сообщение в прошлое. Спрятала ленту. А нынешняя я этого не помнила. Если бы прошлое просто переписалось, моя память тоже должна была стать другой.

Но я помнила старую версию. А лента принадлежала новой. Две истории существовали одновременно. Я подошла к стене. Коснулась. Слои отозвались. Раньше я пыталась читать их по глубине времени. Теперь искала другое. Направление. Каждая запись, отправленная в прошлое, оставляла путь. Тонкую линию через письменные слои. Я нашла наш эксперимент: