Книга После развода — в ведьмы. Бывший муж и прочая нечисть, страница 85 – Виолетта Весна

Оставался риск нового морока. Мы знали, что договорный состав слабеет, когда питающие его соглашения официально приостановлены перед независимыми свидетелями. Для полного удержания требовались одновременно решение Романа, проявитель связи и порог вокруг документов.

Я позвонила Арсению.

— Это личный звонок с профессиональной просьбой, — сказала я. — Мне нужна проверка схемы контура к слушанию. Руководство и окончательное решение остаются у меня и Романа.

— Готов проверить как привлечённый специалист. Изменения только с вашим согласованием.

— Риск для руки?

— Один разрез безопасного диапазона. Второй — только после оценки чувствительности. Это войдёт в план.

— Приходите завтра к десяти в кафе.

— Приду.

— Профессиональная просьба закончена, — сказала я.

— Тогда личный вопрос. Как Зоя Петровна?

— Перелом стабильный. Сегодня спорила с врачом о точности формулировки «умеренная нагрузка».

— Значит, восстанавливается.

— Это медицински недоказанный, но убедительный признак.

Мы оба замолчали. После поцелуя и самоотвода разговоры стали осторожнее, зато ни одна пауза не требовала немедленно заполнить её обещанием.

— Я скучаю по вам, — сказал Арсений. — Это не просьба изменить условия.

— Я тоже скучаю. Условия не меняются до решения проверки.

— Понимаю.

Я закончила звонок с желанием увидеть его и без обязанности сделать это раньше выбранного срока. Оказывается, чувство выдерживало границу лучше, чем страх.

Я посмотрела на список задач. В нём стояли фамилии Милы, Зои, Ирины, Романа, Арсения и моя.

Впервые эта таблица не казалась перечнем долгов. Это была система резервов: если один человек падал, остальные не позволяли исчезнуть его работе.

Я не справилась одна. Я наконец перестала требовать от себя именно этого.

В день двадцать третий мы разметили павильон цветной лентой.

Красная зона — стол документов и возможный источник договорного следа. Жёлтая — работа комиссии. Зелёная — свидетели и выходы. Мила отвечала за людей и резервную камеру. Роман — за приостановку спорных договоров и доказательства. Зоя участвовала по видеосвязи и могла остановить мою настройку. Арсений проверял магическую схему.

Каждый получил отдельный лист согласия на участие в аварийном плане. Свидетель мог отказаться сидеть в павильоне и дать показания заранее. Сотрудник мог выйти из группы до начала без объяснения. Камеры снимали общую процедуру, но не крупные планы медицинских данных.

Тамара Львовна, пострадавшая на ярмарке, прочитала лист дважды.

— Если я уйду до конца, мои показания отменят? — спросила она.

— Нет, — ответил Роман. — Вы сможете закончить их письменно. При тревоге выходите сразу, даже если вас ещё не опросили.

— А если увижу, что они опять подменяют воду?

— Сообщаете ближайшему сотруднику и не подходите к резервуару.

Она подписала участие и потребовала место у выхода. Другой свидетель выбрал дистанционную связь. Его решение не выглядело менее смелым и не уменьшало ценность показаний.

Ирина пришла с адвокатом. Её посадили так, чтобы она не проходила мимо стола «Баланса» ни до, ни после выступления. Денис не имел права обращаться к ней вне вопроса комиссии. Я не могла поддерживать её ответами из зала.

— Если начну путаться, — сказала она мне, — не кивайте.