Книга Ненужная жена красного дракона, страница 136 – Виолетта Весна

— Я в восторге.

На мгновение между ними стало легче.

Потом Кайрен поднялся, слишком резко, поморщился и сделал вид, что ничего не случилось.

— Райгар в зале совета.

— Ему нельзя долго стоять.

— Скажите это ему. Я ценю свою жизнь.

— Вы только что сказали, что не следуете запретам.

— Своим. Чужие иногда разумны, особенно если чужой может превратиться в дракона и доказать правоту огнём.

Элиана сжала кольцо.

— Он спрашивал обо мне?

Кайрен посмотрел на неё мягче.

— Каждые десять минут. Очень скрытно. С выражением лица «я совершенно не волнуюсь, просто хочу знать, жива ли моя жена, дышит ли она, ела ли, пила ли и не решила ли уйти из дворца через тайный ход».

— Я не его жена по выбору.

— Пока нет, — сказал Кайрен.

— Но он впервые понял разницу между «пока нет» и «никогда». Это уже почти чудо.

Элиана не ответила.

Кайрен направился к двери, но на пороге остановился.

— Княгиня.

— Да?

— Что бы вы ни решили насчёт кольца, не решайте из жалости к нему. Райгар этого не переживёт.

Она нахмурилась.

— Жалости?

— Он выдержит ваш отказ. Больно, мрачно, с риском для мебели, но выдержит. А вот если однажды поймёт, что вы остались потому, что он был ранен, виноват и красив в своём страдании, это убьёт его гордость, а вместе с ней половину дворца.

— Вы умеете говорить серьёзно?

— Стараюсь не злоупотреблять. Пугает людей.

— Спасибо, Кайрен.

Он кивнул.

— Обращайтесь. Особенно если решите сбежать. Я знаю лучшие ходы.

— Кайрен.

— Шучу. Почти.

Он вышел.

Элиана снова посмотрела на кольцо.

Не из жалости.

Нет.

Если она однажды наденет его, это будет не потому, что Райгар чуть не умер. Не потому, что город склонился перед ней. Не потому, что весь Альтарон увидел, как князь опустился на колено и отказался считать договор достаточным.

Кольцо можно было надеть только тогда, когда сердце перестанет путать тепло с клеткой.

Хранилище Ильсара взяло из неё страх, старый и глубокий, но не сделало её безрассудной. Она по-прежнему помнила письмо. Первую ночь. Дальнее крыло. Чужие решения, сложившиеся вокруг неё, как стены.

И всё же теперь рядом с этими воспоминаниями стояли другие.

Райгар, отступающий от Престола.

Райгар, отдающий её свободу перед советом.

Райгар, разворачивающийся от северной дороги к горящему Альтарону, потому что она попросила.

Райгар, называющий её любимой так, будто это не просьба остаться, а признание, которое может умереть вместе с ним.

Элиана закрыла ладонь с кольцом и пошла к лекарскому крылу.

Теренс лежал у окна.

В лекарской было светло, пахло травами и горькими настойками. Айрис сидела у стола и перебирала бинты с видом полководца, готовящего осаду. Увидев Элиану, она поднялась, потом сразу остановилась, будто не знала, стоит ли оставлять её с братом.

— Он слаб, — сказала она.

— Я не буду кричать.

— Я не это имела в виду.

— Знаю.

Айрис посмотрела на Теренса, затем на Элиану.

— Я буду за дверью. С кувшином.

С кровати донёсся слабый голос:

— Мне начинать бояться?

— Да, — ответила Айрис и вышла.

Элиана осталась у двери.

Теренс выглядел ужасно. Лицо белое, губы бескровные, под глазами тени. Рана под рёбрами была перевязана так туго, что каждый вдох давался ему с видимым усилием. Но глаза были ясные.

И в них больше не было просьбы оправдать его.

— Привет, Лиа, — сказал он.