Книга Марсельская сказка, страница 74 – Елена Букреева

Но самым, пожалуй, полезным открытием для меня стал маленький будильник, лежащий на дне глубокой полуржавой ванны. Как он оказался здесь? Я забралась в ванну, взяла будильник в руки и, прижав колени к груди, благоговейно прислушалась к размеренному убаюкивающему тиканью. Тик-так. Тик-так. И вот холод и сырость подвала уже казались мне чем-то нереальным, выдуманным, прочитанным в случайной книге. Тик-так, тик-так. Голос Левши сменился на весёлый хохот Шарлотт, кружившейся со мной на маковой поляне за поместьем. Тик-так. И грубые невидимые руки каждого из бестирийских мучителей перестали сжимать мою шею.

Было одиннадцать вечера, когда я поняла, что даже это медитативное занятие не подарит мне долгожданного сна. Реми не появлялся. И если сначала я была даже несколько благодарна ему за то, что он избавил меня от своего угрюмого общества, то теперь я едва сдерживала целую череду самых красноречивых проклятий в его адрес. Музыка по-прежнему доносилась из бара. Он был там, пил виски, если ему хватило на это денег, может быть, даже поужинал, пока я умирала от страха, одиночества и отчаяния. Какой же он сложный человек. Конечно, я не могла жаловаться, ведь там, на трассе, вместо него я могла наткнуться на настоящего подлеца, который в лучшем случае просто воспользовался бы мной, но таких людей, как Реми, тоже стоило опасаться. Он ведь всё время молчал! Его жизнь, настоящая жизнь, была скрыта целым ворохом тайн, может быть, не таких страшных, как я себе напридумывала, но определённо заслуживающих того, чтобы быть раскрытыми. Вне всяких сомнений, Реми стал бы интереснейшим героем моего романа, где строчка за строчкой, точно петля за петлёй, я распутывала бы самые тёмные лабиринты его души…

Внезапно мой взгляд упал на его саквояж. Любопытство кольнуло душу. Я вылезла из ванны и, ведомая каким-то внутренним пожаром, двинулась к одиноко лежащей на полу сумке. В конце концов, как он узнает, что я рылась в ней? Да, это чертовски неприлично, и он возможно убьёт меня, если узнает, что я сунула туда свой нос, но как я ещё разведаю, с кем делю путь? Вдруг Реми — маньяк, а его сумка доверху забита вещами жертв или орудиями убийства? А может быть, он и сам бестириец! Или вор… «Решайся, Эйла», — подтолкнул меня внутренний дьявол. Я бросила взгляд на дверь, закусила губу и дрожащими руками отстегнула заклёпки.

Брови мои сошлись к переносице, стоило мне увидеть лежащий поверх сложенной одежды свёрток и маленькую записку на нём. Кровь зашумела в ушах. Я взяла её в руки и принялась читать:

«Если ты читаешь это, значит, твой любопытный нос всё же решил побывать в моей сумке. Если ты сунешь его чуть глубже, сможешь найти сэндвич.

Р.»

Уголки моих губ дёрнулись в неконтролируемой улыбке. Вот же мерзавец! И когда он успел? Наверное, это Зоэ положила сэндвичи в дорогу,

пока я была в ванной. Ну надо же, какая забота!

Тихо хохотнув, я развернула папиросную бумагу и достала один из двух сэндвичей. Пшеничный хлеб мне не нравился, консервы я ненавидела, но всё равно съела половину порции, довольно улыбнулась и убрала оставшуюся половину и сэндвич для Реми обратно в сумку. Настроение заметно улучшилось, так что рыться в его вещах мне сразу же перехотелось. Застегнув саквояж, я стряхнула с себя крошки, подобрала с пола будильник и забралась на кровать. Быть может, теперь получится уснуть.