Книга Кикимору вызывали?, страница 31 – Елизавета Соболянская, Юлия Ляпина

Сначала кикимора потащила лейтенанта к своему домику:

— Для визита к тете нужно переодеться! – заявила она, скрываясь за выкрашенной зеленой краской дверью.

— Мне тоже? – уточнил Аугусто.

— Вам необязательно, – откликнулась девушка, – форма лучшая визитка! Но вы пока можете купить букет цветов и коробочку марципана. Тетя ценит внимание.

Дон Медина отправился выполнять желание дамы, а когда вернулся и деликатным стуком возвестил о своем возвращении, был сражен в самое сердце!

Из маленького беленого домика выплыла… нет, не фея, а самая настоящая благородная донья! Жемчужно-серое платье, закрытое, но облегающее восхитительную фигуру. Корсет! После мешковатой формы сыщика это платье заставило столичного лейтенанта распахнуть глаза и признать – синьорита Видаль потрясающе женственная особа!

— Дон Медина, – раздался приторно-вежливый голосок сверху, – мои глаза расположены несколько выше!

Аугусто сглотнул и печально подумал о том, что посещать квартал «красных фонарей» в Овьедо он не рискнет. А пора бы. Отсутствие общения с женщинами плоховато сказывается на его умственных способностях.

Взгляд он все же поднял и… уставился в преграду в виде кружевного веера. Поверх изящного зубчатого края блестели ехидной усмешкой изумрудные глаза. Выше мягко сиял черным деревом высокий гребень, а по бокам красоту сыщицы оберегали вырезные края мантильи.

Лейтенант опустил глаза к земле и чуть не застонал – из-под жемчужного шелка юбки выглядывали провокационные алые башмачки! Наверняка и чулки на ногах кикиморы алые! В Мадриде не так давно вошло в моду подбирать чулки ровно под цвет туфелек.

Аугусто чуть отступил и оценил весь образ. От увенчанной гребнем макушки до смутивших его башмачков. Благородная донья вышла на прогулку! Не хватало только смуглого мальчишки в алой курточке с позументом и престарелой дуэньи в черном.

— Синьорита Видаль, вы позволите сопровождать вас? – опытный сердцеед изящно раскланялся, переложив букет и коробку сладостей в другую руку.

— Дон Медина, буду счастлива, если вы составите мне компанию! – прощебетала кикимора, все еще прячась за кружевным веером.

Она легонько – самыми кончиками затянутых в шелковую перчатку пальцев – оперлась на его ладонь, спорхнула на булыжную мостовую и попросила:

— Давайте возьмем извозчика. Тетушка живет довольно далеко.

— Ваша тетушка может покидать место рождения? – деликатно спросил лейтенант. Он успел выяснить подробности рождения кикимор и привязку их к этой конкретной площади.

— Мы все можем покидать место своего рождения, – снисходительно взглянула на него Карина, – как, по-вашему, я училась в школе сыскарей? Она расположена в Вальядолиде!

Аугусто молча кивнул, понимая, что условий жизни вдалеке от родного болота ему никто не озвучит.

На извозчике сыскари довольно быстро добрались до красивого каменного дома, оплетенного виноградом. Немолодой слуга самого достойного вида распахнул перед ними калитку, впуская в галерею:

— Донья Памелла отдыхает в патио, – сказал он с поклоном.

— Благодарю, Мигель, – пропела кикимора, царственно проплывая мимо.

Медина шел рядом, оглядывая добротный дом с просторным садом – его собственный сад был получше, а вот дом, конечно, уступал.

— Тетушка! – мягко позвала Карина, заглядывая в увитую бугенвиллеей арку, ведущую в патио.