Книга Скелет на правах рекламы, страница 10 – Юлия Ляпина

Чуть правее древних затоптанных досок крыльца притормозила „космическая „иномарка. Парень в темных очках и черных джинсах стоял у дверцы. что-то доставая из окна. Отчего-то поежившись, я поспешно заскочила в магазинную прохладу, перевела дух и огляделась.

Цивилизация еще не добралась до сих мест отдаленных – высокий изрядно вытертый деревянный прилавок заваленный пакетами с крупой и сахаром. Облезлые зеленые весы с гирьками, калькулятор, тетрадка для записи долгов и мутное решетчатое окно. За прилавком торчал пучок смолянисто-черных волос, упакованный бархатной резинкой.

Шаркнув ногами для приличия я громко объявила:

— Двести грамм изюма и пару банок джема.

К пучку добавились быстрые карие глазки и носик-пуговка, полненькие смуглые ручки нырнули в залежи кульков и на весы шлепнулся мешочек с изюмом:

— Какой джем? – Донеслось до меня под щелканье кнопок калькулятора.

— Из айвы!

— Сто восемьдесят рублей!

Расстегивая кошелек подумывала не докупить ли еще сахару? Нет пожалуй не буду…

Вдруг из-за спины появилась загорелая рука с купюрой:

— Пачку „Парламента“, девушка!

Быстрые глазки стрельнули в мою сторону, спрашивая разрешения.

— Нам с девушкой вместе посчитайте, – сразу перехватил инициативу хрипловатый баритон.

Я смутилась и покраснела, да-да смутилась, а что тут удивительного? В магазин я почти всегда хожу одна. Даже редкие семейные походы за подарками это удовольствие для моей чокнутой семейки, и настоящее мучение для меня.

Карие глазки продавца еще раз нас оббежали, и я в ужасе представила, какие вести разнесут кумушки по поселку уже к сегодняшнему вечеру. Белозубо улыбнувшись, парень бросил на блюдце купюру, подхватил выложенную пачку и, развернувшись покинул магазин лишь скользнув взглядом по моей фигуре. Тетка за прилавком привычно выложила в мраморное блюдце сдачу. Я спешно сгребла банки с джемом и кулек с изюмом, коротко сказала «спасибо» и кинулась следом за „благодетелем“.

Увы, машины и след простыл, пыль еще клубилась над барханами белого песка и примятой травкой. Тряхнув головой и смачно чертыхнувшись, поспешила к бабуле, штрудель не ждет!

Сырая трава под ногами скользит, боязно ставить ногу, кажется, что в тенях прячутся ямы еще немного, и у тех камней можно будет отдохнуть..

Через час штрудель возлежал под салфеткой в ожидании ножа (его лучше резать еще теплым смочив нож водой). Я утомленно обмывалась над тазом – красная и вспотевшая у печи. Прикинув, что еще часок у меня есть, решила поскорее нарезать „именинный пирог“ и собрать пляжную сумку.

Пока я возилась у полок, хлопнула дверь сеней, заскрипели тяжелые плахи пола. На кухню зашла бабуля с ведром полным воды.

— Глаша – воззвала она к потолку.

Пришлось быстренько вылезти из шкафа и пригладить встопорщенные волосы, стараясь одновременно расправить примятую юбку.

Занавеска на окне рядом с зеркалом качнулась, под ленивым сквознячком, и сквозь потревоженную пыль вновь мелькнул сине-фиолетовый блестящий бок иномарки.

Собралась быстро – джинсы, футболка с блестящим цветочком из стразиков, кепка и мастерка на пояс. Так как Макс туманно намекал на озеро и шашлыки, добавила в пакет со штруделем и подарком пару купальников и покрывало.

В назначенное время мы с Наташкой полировали неподъемное бревно у нашей калитки заменяющее окрестным бабулькам скамейку. Вскоре вдалеке раздались частые выстрелы, и мы насторожившись перебрали лежащие рядом пакеты. Еще через минуту в начале переулка показался древний мотоцикл с коляской, любовно ухоженный и расписанный с помощью трафаретов и куска поролона языками пламени.