Книга Любовь на троих, страница 65 – Юлия Ляпина

— Как все прошло? - спросила я.

— Нормально, - ответил Сан, и я тут же спросила:

— Так вы меня выбрали, потому что я полукровка?

— Нет, - Ром погладил мои ноги чуть выше.

Вик продолжил:

— Сначала мы тебя выбрали, а потом узнали, что ты полукровка.

— И какая во мне кровь? Грузинская? Армянская?

Парни дружно отвели глаза, а потом Вик строго произнес:

— Настя, ты наполовину оборотень.

— Как это? Не может быть! - мне стало не хорошо. Я часто задышала, и пришла в себя только тогда, когда Вик подал бутылочку ледяной минералки. Холодная вода вернула мне способность рассуждать здраво, и я требовательно уставилась на Вика.

Юрист вздохнул:

— Ты помнишь своего отца?

— Смутно, он уехал, когда я была маленькой.

— Скорее всего, его уже нет в живых, иначе он не оставил бы тебя. - Вик еще раз вздохнул, словно ныряльщик: - Твою мать я видел, она чистокровный человек, а ты наполовину оборотень. Выходит оборотнем был отец.

— Но почему вы мне не сказали раньше?

— Это становится понятно только во время этих... - Ром смутился. - «Женских дней»!..

— Запах, - пояснил Вик, на миг отвернувшись к окну, - он изменился. Он притягивает нас, лучше дорогих французских духов.

Меня резко затошнило, но Вик быстро повернул меня на бок и ласково поглаживал спину, пока меня выворачивало в подставленный Ромом пакет.

Приехали в особняк мы почти на рассвете. Меня качало, и Виктор нес меня на руках, Филипп, стоящий у двери, наверняка почувствовал всю смесь запахов, но не позволил себе даже поморщиться.

— Филипп, минут через сорок нужен бульон и сухарики для Насти, - сказал Вик, поднимаясь по лестнице.

— И кофе с коньяком! - добавил Сан.

— Глупые... Минералка, - протянул Ром, а потом, махнув рукой, сам направился на кухню.

Вик принес меня сразу в ванну: - Раздевайся.

Я стояла, рассматривая свое отражение, и он начал сам расстегивать молнию на спине.

— Я сама!

— Конечно, сама. - Вик говорил со мной как с больным ребенком и снимал платье быстро и ловко. Украшения были бережно сняты и положены на край раковины. Шпильки из волос оборотень вынул простым способом - взлохматил прическу, и они посыпались на пол с легким звоном.

— Теперь в душ, я бульон принесу.

Вик завел меня в кабинку и включил воду, а когда вернулся, я сидела на полу, обняв колени.

— Тссс, не надо плакать, моя девочка!

На сей раз Вик мыл меня быстро и энергично. А в кровати уже сидел Ром с подносом:

— Привет, красотка! - помахал он открытой ладонью. - Тебе лучше? Филипп бульончик принес. Иди кушать.

Я забралась под одеяло и попыталась закопаться в подушки, забывая о слабости и дурноте. Но мужчины действовали слажено: Вик ласково извлек меня из убежища, мягко приговаривая:

— Спать пока нельзя. Надо покушать.

Ром поднес мне чашку с бульоном:

— Пей! Вот умница, держи сухарик. Чего ты так расстроилась? Разве плохо не болеть человеческими болезнями и жить в два раза дольше?

Меня потихоньку отпускало. Подумаешь, полукровка? Люди вообще странные бывают, но живут как-то. Тут я вспомнила подслушанный разговор, и озадачилась:

— Вик, но разве я вам подхожу? Полукровка?

— Подходишь.

— Девушки на приеме говорили, что вы можете потерять ...престиж.

— Кто это был? - желваки на скулах заходили так выразительно, что мне опять захотелось спрятаться под одеялом.