Книга Новогодний подарок, страница 1 – Юлия Ляпина

В комнате Оксаны не было ни одного зеркала. В прихожей и в ванной конечно были, но висели они так, чтобы при желании можно было проскользнуть мимо ни разу не взглянув на себя. А вот в больнице зеркало висело прямо в палате, над раковиной, и желающие помыть руки или ополоснуть чашку волей-неволей разглядывали свои лица в голубоватом свете «долгоиграющих» ламп. Оксана с трудом удерживалась, чтобы не взглянуть в него, не хотела «любоваться» воспаленными алыми прыщами, рубцами от выдавленных в приступе гнева и черными точками от тех, которым было позволено зачахнуть самим.

С трех лет эта напасть не покидала ее. Бабушке пришлось сидеть дома, чтобы не водить внучку в садик. Каждая попытка присоединения к детскому коллективу сопровождалась гневными высказываниями мамаш, не желающих допускать к своим детям такое уродство.

В школе стало еще хуже, как ее только не обзывали: «монстр» «маска» и другие прозвища. В итоге к третьему классу мама прислушалась к истерикам дочери и перевела ее на домашнее обучение. Хотя более вероятно, что она наконец услышала слова пожилого доктора о том, что безобразные язвы на коже могут быть последствиями стресса.

Учиться дома было легче, но скучно. Зато можно было много читать, рисовать и петь, когда взрослые уходили на работу. Со временем, когда в семье стало полегче с деньгами, Оксану начали вывозить в санаторий на море. Солнце, соленая вода и пропитанный запахами йода воздух подсушивали корочки, снимали воспаление и через раздутую розовую маску выглядывали милые зеленые глаза, курносый нос и очаровательная улыбка. В такие дни Оксана даже немного нравилась себе.

Но курс лечения быстро заканчивался и уже в аэропорту корочки лопались, начиная сочится полупрозрачной сукровицей. Порой даже мама не могла удержаться от жалостливой брезгливости и отходила в сторону.

В институт ее приняли только после предъявления справки из кожвен диспансера о том, что ее заболевание не заразно. Сокурсники особо не шарахались, но и близких отношений заводить не пытались. Так, кивали иногда при встрече, да регулярно просили переписать лекции, заметив, что девушка конспектирует их с завидной аккуратностью.

К двадцати годам Оксана смирилась. Ей надоели мази, уколы и таблетки, надоела строжайшая диета и постоянно зудящая кожа. В один мрачный зимний день, она все бросила, вышла к семейному столу и вместо супа-пюре положила себе рагу с мясом и жгучим перцем. Мама удивленно подняла брови, отец хмыкнул, пожалуй, таких демаршей они не помнили с подросткового возраста. Правда тогда все закончилось плохо — ожогом слизистой, рвотой и почти месяцем на больничной койке. Но сегодня Оксане было все равно. Она влюбилась.

Это случилось вначале сентября. Впервые в жизни девушка увидела парня и замерла посреди коридора. Красавец. Да что там, фантастический красавец! Девчонки их группы дружно выдохнули, а потом в бешеном темпе начали поправлять волосы и блузки, облизывать губы и вздыхать, бросая многозначительные взгляды. Молодой человек подошел к двери аудитории, оглянулся и уточнил:

— Триста пятнадцатая группа?

— Да-а-а, — почти хором выдохнули девчонки.

— Очень хорошо, я Илья Новик, буду учится с вами, — легко улыбнувшись сказал студент.

На него тут же набросились с расспросами: