Книга Ведьмин чай, страница 20 – Юлия Ляпина

— Просила, – насмешливо прищурилась ведьма, – а что, великий маг разучился пользоваться телепосыльными чарами?

Де Лэйн выругался и признался:

— Так замотался, что обо всем забыл! Есть новости из Амарастана, пойдем скорее к твоему «сыночку»!

— Стоп! – ведьма в гневе даже ногой притопнула. – Никуда мы не пойдем! Во-первых, Раймонду нельзя сейчас вспоминать прошлое, он может совсем голову потерять. А во-вторых, я должна знать, что ему угрожает!

Криспин оценил мрачное выражение лица старой подруги и сдался:

— Ладно, расскажу все, но с тебя ужин!

На эту уступку Агата только фыркнула – кое-кто не меняется! И повела огневика на кухню.

Слопав две тарелки мясной каши, Криспин отхлебнул бодрящий чай и уставился в окно.

— Не тяни, – Агата уже наелась и тоже пила чай.

— В общем, твоего новорожденного объявили в Амарастане «врагом султана», – выдохнул маг.

— Поясни? – ласковым голосом попросила ведьма, всем своим существом чуя огромный подвох.

— Любой амарастанец, встретив его, должен убить и самого мага, и того, кто ему помогает, – глядя в стол, сказал де Лэйн.

— Понятно, – Агата тяжело вздохнула и уточнила: – Маги тоже будут пытаться?

— Днем в столице Амарастана сожгли на площади куклу, собранную из одежды артефактора. Посол доложил, что над куклой провели ритуальную казнь двенадцати смертей.

— Это ту, где вешают, режут, снимают кожу? – невинным тоном поинтересовалась ведьма, чувствуя, как шевелятся волосы на затылке.

— Ту самую, – вздохнул Криспин и уточнил: – Он тут нормально себя вел?

Агата смерила мага тяжелым взглядом. Они, по сути, успели «умертвить» и «родить» Раймонда в последний момент. Если та казнь была магической, ее «сыночек» уже умирал бы, плюясь кровавой пеной.

Между тем де Лэйн продолжал делиться плохими новостями:

— Дом «врага султана» спалили, пепелище посыпали солью, а имя вычеркнули из списка благословляемых имен. Теперь у Раймонда нет пути назад.

— Его и так не было, – отмахнулась ведьма. – Доел? Идем к «сыночку», папаша, нам нужно пережить семь ночей, пока темные силы будут пытаться вернуть свое!

Криспин тяжело вздохнул, подобрал сумки и поплелся за ведьмой в комнату без окон.

Раймонд не спал – сидел в углу и беспокойно перебирал пальцы. Увидев «родителей», дернулся и уставился на них во все глаза.

Агата, не торопясь, подошла ближе и мягким тоном заговорила с ним:

— Добрый вечер, Раймонд! Как ты себя чувствуешь? Ничего не болит?

Мужчина уставился на ведьму, как мышка на змею, помолчал, потом медленно мотнул головой.

— Вот и хорошо, – улыбнулась ему ведьма. – Давай-ка садись на лавку, будем ужинать! Крисп, давай корзинку!

Вставал артефактор медленно, нехотя, словно у него ломило все тело. На скамью опускался осторожно и не сводил глаз с Агаты. Маг быстро открыл корзинку и выставил на лавку крынку с молоком, выложил пышные булочки с повидлом и мешочки с травами, солью и осколками камней, заряженных на солнце.

Ведьма налила в чашку молока, пошептала над ним и протянула «сыну»:

— Пей мелкими глотками, молоко – первый дар новорожденному от этого мира.

Мужчина сделал несколько глотков, проливая жидкость на простыню, в которую был завернут. Потом Агата подала ему булочку:

— Хлеб и фрукты – второй дар мира. Ешь и взрослей!

Раймонд ел, обильно обсыпаясь крошками, но ведьма терпеливо ждала, иногда поднося ему чашку с молоком и вытирая рот, как маленькому.