Книга Измена. Ты пожалеешь, предатель!, страница 32 – Милла Мир

— Я знаю. Я всё знаю.

Молодые люди стояли друг напротив друга — брат и сестра, которых разлучили ложь и смерть, теперь их снова свела месть.

— Ты вернулся мне помочь? — спросила Кристианна.

— Я пришел забрать то, что принадлежит мне по праву, — ответил Корвин. — тебе тоже надо вернуть то, что у тебя отняли. — Молодой человек обнял сестру.

Кристианна не сопротивлялась, впервые за много недель она почувствовала едва знакомое тепло.

— Я скучал, — прошептал Корвин.

— Я тоже, — ответила Кристианна.

В этот момент её уголёк разгорелся чуть ярче…

*** *** ***

Библиотека замка, два часа спустя.

Кристианна сидела в кресле у камина, Корвин — напротив, грел руки у фиолетового пламени. Арктур стоял у двери, скрестив руки на груди. Лира принесла травяной чай с мёдом.

— Рассказывай, — сказала Кристианна.

Молодой человек поведал о подвале под конюшней. О девяноста днях без света. О побоях, которые Филипп называл «воспитательными мерами». О том, как он лежал на каменном полу и считал трещины.

— Я был готов умереть. Я даже хотел этого. Но потом пришла тень.

— Какая тень?

— Древний дух. Такой же, как твой X'Thul. Он предложил мне сделку: память в обмен на жизнь.

— Ты отдал ему воспоминания?

— Самые горькие. О побоях. О предательстве. О смерти отца. Я почти ничего не помню из тех трёх лет. Только смутные образы. Но я помню главное: Филлип — убийца. Я должен отомстить.

— Я уже отомстила за нас двоих, — сказала Кристианна. — Филипп превратился в навозного жука, он сидит в банке на каминной полке.

Корвин посмотрел на банку. Маленький черный жук катался внутри, перебирая лапками.

— Это он?

— Да.

— Он жив?

— Жив. И будет жить долго. Жуки живут до пяти лет. А этот — особенно живучий.

Корвин долго смотрел на навозника:

— Этого недостаточно, — сказал он наконец.

— Чего же ты хочешь?

— Чтобы ублюдок страдал. По-настоящему. Чтобы помнил. Чтобы каждая минута его жучиной жизни стала для него пыткой. — Корвин повернулся к сестре. — Ты можешь это сделать?

— Могу, — ответила Кристианна. — Но зачем? Моя месть свершилась.

— Месть никогда не свершается до конца, — парировал Корвин. — Враг может быть мертвым, но боль остается. Пока я помню, как он бил меня, пока я чувствую запах подвала, моя месть не завершена.

Кристианна молчала, X'Thul внутри неё зашевелился.

— Он прав, — прошептал дух. — Ты стала слишком мягкой.

— Я не мягкая, — возразила Кристианна мысленно.

— Ты пощадила Филиппа. Ты превратила его в жука, но не мучаешь. Ты кормишь его. Ты даже навоз ему даешь свежий.

— Это не навоз, это органическое удобрение.

— Это навоз, — настаивал X'Thul. — Свежий конский навоз. Твой муж ест дерьмо. Это смешно, но это не месть. Это комедия.

Кристианна вздохнула:

— Что ты предлагаешь?

— Сделай его жука бессмертным, — сказал X'Thul. — Пусть он живёт сто лет. Двести. Тысячу. Пусть он помнит. Каждый день. Каждую минуту.

— Это жестоко.

— Это месть, — поправил дух.

Кристианна посмотрела на брата:

— Я подумаю над твоими словами. А пока рассказывай дальше. Как ты выжил? Как научился магии теней?

Корвин продолжил, он рассказал о ведьме в глухом лесу, которая согласилась учить его за плату — три года службы. Он рассказал о ритуалах, о сделках с духами, о том, как научился становиться тенью, проходить сквозь стены, убивать без звука.