Книга После развода. Одна в ином мире, страница 34 – Мартиша Риш

— Сейчас я посмотрю.

Я подошел к постели, здесь на тумбочке, обнаружился кубок. На дне его серебряные блики луны, собранные в крупные капли. Ядовитая ртуть. Неужели, отец это выпил?

— Ты пил это?

Я отдёрнул в сторону балдахин. Отца больше нет. Мачеха вместо меня ему отомстила за все. Зачем она это сделала? Из страха, что отец обнаружит ее измену? Неужели, не понимает, что ее будут судить? И судьей стану я, законный наследник рода? Неужели не поняла своим женским умом, что пощады не будет? Нет, я не испытываю горечи от потери отца, скорее наоборот, но потакать его убийце не стану! Вот только как быть с маленьким братом? Опять все сходится к Карлу.

— Сиятельный Антонио! — в комнату вошел глава совета, тот с кем отец мой больше всего общался. Расшиыой золотом сюртук, туфли из шелка, украшенные сверкающей пряжкой.

— Сиятельный мертв, его отравили.

Глава совета вздернул руки к потолку.

— Это вы его отравили, Чезаро! Вы!

— Что вы такое говорите?

Комната мгновенно наполнилась людьми, все они — приближенные отца. Звездочёт выдернул кубок из моих пальцев, повёл длинным носом над его содержимым.

— Это яд. Чезаро отравил собственного отца. Как вы могли, сиятельный!?

— Я? Это сделала мачеха!

— Зачем бы ей это делать? — вот и глава всей замковой стражи здесь, будто бы он ждал за дверью.

— Чтоб скрыть измену! Карл рожден не от герцога, в нем течет чужая кровь. Это стало заметно. Крепкая, мужская пощечина, почти оплеуха, обожгла лицо. Я не ответил, опешил, да так и замер в полном изумлении.

— Ты решил опозорить честную женщину? Собственную мачеху? Урожденную аристократку? — глава стражи взял меня за грудки, чуть не поднял над полом, — Предатель!

— Дурная слава, бежит впереди вас, герцог Борджа, — вот и лекарь отца подоспел, — Вы жаждете убийств, хотите крови, дня не можете прожить, чтоб не загубить кого-то!

— Что?

— Вы ходили в походы ради наживы и чтоб усмирить эту свою страсть, грабили, убивали!

— Я защищал земли эльтем, рисковал своей жизнью, служил королю, воевал бок о бок с ним.

— Вчера вы погубили колдунью без суда, а с ней и ее малолетнюю дочь. Их должно было судить! Но вам хотелось их смерти! Сегодня вы отравили отца, — глава стражи трясет меня за плечо будто врага.

— Что можно ждать от мужчины, который сбросил со скалы свою любимую женщину? Обрек ее на лютую смерть? Мы все помним Анну! Кто только и посмел обвинить в колдовстве беззащитную травницу? Я сам покупал у нее коренья и травы! — лекарь говорит без стеснения. А я? Я просто ничего не могу понять.

— В темницу его! — кричат другие, — Пусть регентша сиятельного Карла решает, как поступить.

— У Антонио не осталось наследников, кроме младшего сына. Бедный малыш.

— Да как вы смеете! — я попытался вырваться из рук, что меня держали. На моем запястье защелкнулся браслет, блокирующий магию. Теперь я не то что не найду Анну, теперь я даже себе помочь не могу.

— Завтра ты предстанешь перед судом, отцеубийца! — плюнул мне под ноги глава совета. Мир будто бы пошёл трещинами и разбился. Я потерял все просто так, в один миг, из-за порока красивой и на редкость подлой женщины.

Анна

Приятный летний выетерок заползает в форточку, баюкает шмторы, ласкает мои босые ноги, шаевелит подол домашнего длинного платья. Пилаток лежит перед зеркалом, да только я все боюсь взять его в руку, коснуться зеркальной поверхности, вдруг он и вправду способен прорвать тонкую грань междумирья? Или как там было сказано продавцом мелкого счастья?