Книга "Секир Башка". Или телохранитель для императора, страница 74 – Дина Хоуп

— Хорошо, — сказала Яр. — Но я хочу большего. Я хочу быть не просто женой, которая иногда тренируется. Я хочу быть полезной. Официально.

Он задумался. Потом кивнул.

— Ладно, — сказал он. — Я сделаю тебя почётным капитаном гвардии. Это позволит тебе тренироваться, участвовать в смотрах и, если понадобится, драться. Но не в первых рядах. Ты всё-таки будешь императрицей.

— Договорились, — сказала Яр. — Но если кто-то нападёт на тебя, я буду в первых рядах. Это не обсуждается.

— Это не обсуждается, — согласился он. — Но только если ты позволишь мне иногда защищать тебя.

— Идёт, — сказала Яр.

Они улыбнулись друг другу. Потом Авелий снова стал серьёзным.

— Есть ещё одна проблема, — сказал он. — Твои родители.

— Что с ними? — спросила Яр.

— Они граф и графиня Столбины. Они должны дать согласие на брак. Формально.

Яр вздохнула.

— Они уже знают, что я не Джулия, — сказала она. — Ну, то есть, они знают, что я изменилась. Но они не знают правды. Они думают, что я их дочь, которая пережила тюрьму и изменилась.

— И как ты думаешь, они согласятся?

— Думаю, они будут в шоке, — сказала Яр. — Но, может быть, они согласятся. Они ведь видели, что я спасла тебя. И они дали показания против канцлера. Может, они поймут.

— Тогда завтра мы поедем к ним, — сказал Авелий. — Вместе. И попросим их благословения.

— Хорошо, — сказала Яр. — Но если они начнут читать нотации, я уйду.

— Я уйду вместе с тобой, — сказал Авелий.

Они снова улыбнулись. Впереди было много сложностей — двор, родители, советники, слухи. Но в этот момент им было всё равно. Они были вместе.

Вечером Яр вернулась в свою комнату. Она сняла голубя и положила его на столик. Потом села на кровать и посмотрела на свои руки. Ладони были грубыми, с мозолями и шрамами. Не руки императрицы. Руки воина.

— Ярослава, императрица, — прошептала она. — Звучит как бред.

Но в глубине души ей было тепло. Она вспомнила его взгляд, его слова, его объятия. И поняла, что не боится. Ни двора, ни сплетен, ни будущего.

В дверь постучали. Вошла Мила.

— Госпожа Яр, — сказала она, — к вам герцогиня Каспиева. Говорит, это срочно.

Яр кивнула, и через мгновение в комнату влетела Софья — с корзинкой, как всегда, но на этот раз без улыбки.

— Ты слышала? — спросила она, запыхавшись.

— Что? — спросила Яр.

— Император только что объявил Совету о помолвке. Официально. С Джулией Столбиной.

Яр замерла.

— Уже?

— Да, — Софья села на стул, тяжело дыша. — Весь дворец гудит. Советники в шоке. Твои родители... ну, они ещё не знают. Но скоро узнают.

— Авелий не терял времени, — сказала Яр.

— Он никогда не теряет времени, — ответила Софья. — Ты разве не знала? Он всегда был решительным.

— Знала, — сказала Яр. — Но это... быстро.

— Это Авелий, — Софья улыбнулась. — Он не любит тянуть.

Яр вздохнула и села рядом.

— И что теперь?

— Теперь мы готовимся к свадьбе, — сказала Софья. — И к битве с двором. Потому что они попытаются тебя сожрать.

— Пусть попробуют, — сказала Яр. — Я голыми руками кинжал останавливала.

Софья рассмеялась.

— Вот это мне в тебе нравится, — сказала она. — Ты не боишься.

— Боюсь, — честно ответила Яр. — Но я умею действовать, несмотря на страх.

— Значит, мы справимся, — сказала Софья. — Вместе.

Она открыла корзинку и достала пирожки.