Книга Развод? С удовольствием, мой дракон, страница 14 – Виолетта Весна

Ясна провела пальцем по печати.

— Что ты такое? — прошептала она.

Печать не ответила.

Зато за дверью раздался голос стражника:

— Его величество ожидает императрицу у восточной галереи.

Ясна выпрямилась.

— Как неожиданно. Муж вспомнил, что у нас совместный выход.

— Вы рады? — осторожно спросила Руфа.

— Я? Конечно. Всегда мечтала идти под руку с мужчиной, который скрывает от меня тайны, запирает двери и вызывает у моей магии приступы пепельной истерики.

— Но вы всё равно улыбаетесь.

Ясна посмотрела в зеркало.

Она действительно улыбалась.

Проклятье.

— Это нервное.

Таргель ждал в восточной галерее.

Один.

Без свиты, без советников, без короны. На нём был тёмный парадный камзол с вышивкой цвета старого золота. У воротника виднелась тонкая линия чешуи, которую он, видимо, не смог полностью скрыть. Лицо было спокойным, но Ясна теперь смотрела внимательнее.

И увидела.

Бледность под загаром.

Чуть более резкие тени под глазами.

Едва заметную скованность в движении, когда он повернулся к ней.

Мирсана не солгала.

Оборот действительно стоил ему дорого.

Ясна остановилась в нескольких шагах.

— Ваше величество.

Его взгляд прошёл по ней сверху вниз.

Медленно.

Слишком медленно.

Потом вернулся к её лицу.

— Ты решила объявить войну всем старым домам одновременно?

— Не всем. Только тем, у кого хороший вкус достаточно слаб, чтобы прийти в зелёном.

В его глазах мелькнуло понимание.

— Мирсана предупредила тебя.

— Удивлены?

— Нет. Насторожен.

— Ревнуете?

Вопрос вырвался слишком легко.

Таргель посмотрел на неё.

Очень прямо.

— Да.

Ясна замолчала.

Вот так просто.

Без игры.

Без обхода.

Да.

Слово оказалось тяжелее любого приказа.

— К Мирсане? — спросила она, чтобы вернуть себе равновесие.

— К любому, кому ты сейчас веришь больше, чем мне.

Ей следовало ответить колкостью.

Она почти нашла одну.

Но он стоял перед ней слишком бледный, слишком упрямый, слишком живой. И его честность на мгновение выбила оружие из её рук.

— Ты сам попросил мне тебе не доверять, — сказала она тише.

— Просил.

— Тогда не жалуйся, что у меня получается.

Его губы дрогнули.

— Справедливо.

Она шагнула ближе.

— Ты плохо выглядишь.

— Какая нежная забота.

— Не привыкай. Я просто не хочу, чтобы ты упал посреди праздника. Это отвлечёт внимание от моего наряда.

— Я не упаду.

— Все мужчины так говорят перед тем, как рухнуть с очень гордым лицом.

Он протянул ей руку.

— Нам пора.

Ясна посмотрела на его ладонь.

На длинные пальцы.

На тонкие золотые следы чешуи у костяшек.

— Это обязательно?

— Совместный выход императора и императрицы открывает Праздник Дымов.

— Я про руку.

— Тоже.

Она вложила свою ладонь в его.

Брачная печать сразу нагрелась.

Таргель почувствовал это. Его пальцы чуть крепче сомкнулись.

— Больно? — спросил он.

— Терпимо.

— Ты всегда так отвечаешь, когда больно.

— А ты всегда спрашиваешь так, будто имеешь право знать.

— Я твой муж.

— Временно.

— Ясна.

— Что?

— Сегодня не пытайся разрушить наш брак при зрителях.

Она улыбнулась.

— Ты слишком многого требуешь от праздника.

Они вышли в главный двор вместе.

И двор замер.

Сотни гостей стояли под арками и вдоль мраморных лестниц. Старые дома в зелёном — действительно, почти половина зала была в разных оттенках вдовьего ожидания — смотрели на Ясну с холодной вежливостью. Дамы держали веера слишком высоко. Мужчины кланялись слишком неглубоко. Слуги не поднимали глаз, но Ясна чувствовала, как каждый её шаг ловят, оценивают, взвешивают.