Книга Жена, которой не было в документах, страница 59 – Виолетта Весна

— Не вовлекай детей в эту часть.

— Я не собираюсь.

— Марта уже спрашивала про компанию.

— Потому что ей сказали, что я хочу ее забрать.

Он поморщился.

— Мама.

— Да.

— Я поговорю с ней.

— Поздно.

— Все равно поговорю.

— Говори.

Но не как с союзником. Как с человеком, который уже причинил вред ребенку.

Гордей хотел возразить.

Не стал.

Это тоже было новым.

— Как Савелий? — спросил он.

— Боится.

— Я зайду к нему.

— Не с обещаниями, которые не сможешь выполнить.

Он кивнул.

— Понял.

Таисия пошла к выходу.

— Тая.

Она остановилась.

— Прости.

Таисия.

— Что?

Он смотрел на нее странно.

Не мягко.

Не жестко.

Так, будто пытался впервые за долгое время рассмотреть не функцию, а человека.

— Ты правда была там.

В начале.

Она медленно повернулась.

— Я знаю.

— Я тоже.

Горло сжалось.

Ей захотелось сказать что-то резкое.

Отбить эту фразу, пока она не проникла слишком глубоко. Потому что признание, произнесенное сейчас, было не подарком.

Оно было опозданием.

— Тогда не проси меня подписывать, что меня не было, — сказала она.

И вышла.

Наверху Марта сидела на ступеньках.

Таисия остановилась.

— Ты слышала?

Дочь кивнула.

Лицо у нее было растерянное.

— Немного.

Таисия села рядом.

Не стала говорить «нельзя подслушивать».

В этом доме слишком многое решали за закрытыми дверями. Возможно, детям уже пора было слышать хотя бы ту правду, которую взрослые не успели исказить.

— Ты правда помогала папе в начале? — спросила Марта.

— Да.

— Почему он не рассказывал?

— Не знаю.

— А почему ты?

Таисия посмотрела на руки.

— Потому что думала, что если человек любит, ему не нужно напоминать, что ты рядом.

Марта нахмурилась.

— Это глупо.

Таисия тихо рассмеялась.

— Да.

— Но ты была молодая.

— Это не всегда оправдание.

Марта помолчала.

— Бабушка сказала, что ты хочешь забрать папину компанию.

— Я хочу, чтобы мне не говорили, будто я ничего не сделала.

— Это разное?

— Очень.

Дочь смотрела вниз, туда, где в гостиной остался Гордей.

— Он выглядел… странно.

— Папа?

— Да.

— Ему тоже приходится что-то вспоминать.

— Он не любит.

— Да. Особенно то, что мешает ему быть правым.

Марта вдруг тихо сказала:

— Я тоже не люблю.

Таисия повернулась к ней.

— Что?

— Когда оказывается, что я была неправа.

Это было почти извинение.

Не прямое.

Осторожное.

Детское.

Таисия не стала требовать большего.

— Никто не любит.

Марта кивнула.

— Савелий опять спрятал твою заколку.

— Знаю.

— Я видела.

Но не сказала папе.

Таисия почувствовала, как сердце дрогнуло.

— Спасибо.

— Это не из-за тебя.

— А из-за кого?

Марта пожала плечами.

— Она ему нужна.

Таисия осторожно коснулась ее руки.

Марта не убрала.

Снизу донесся голос Гордея:

— Савелий? Можно к тебе?

Пауза.

Потом голос сына:

— Без команд?

Еще одна пауза.

Гордей ответил:

— Без команд.

Марта посмотрела на мать.

— Он правда учится?

Таисия слушала шаги Гордея наверху, тихий голос Савелия, скрип детской двери.

— Не знаю, — сказала она честно.

— Посмотрим.

Марта кивнула.

Они сидели на лестнице рядом, не обнимаясь, не мирясь до конца, не делая вид, что все стало хорошо.

Но уже не по разные стороны.

Позже, когда дети уснули, Таисия вернулась в спальню и открыла список Норина.

Первый пункт: «Собрать все переписки раннего периода».

Она достала старый ноутбук из коробки.

Тот самый, на котором когда-то делала презентацию для Брука. Серебристый корпус был поцарапан, клавиши местами блестели от пальцев.